Онлайн книга «Стрекоза»
|
Някке не спрашивал меня, что сделал со мной его брат девять месяцев назад. А я была благодарна ему за это. Я бы все равно не смогла рассказать ему о том, что произошло. Я старалась забыть это, вот только такое не забывается. К сожалению, плохое остается жить в памяти, оседает на дно души и превращается там в тяжелый камень. Почему с возрастом люди перестают мечтать и совершать безумства? Может быть, из-за этих внутренних камней, которых, год от года, становится все больше? Встречи с Някке скрашивали мое существование. Все-таки, я была по уши влюблена в него. У меня шла кругом голова и дрожали колени в его присутствии. Он знал, что я ношу ребенка, поэтому о близости даже не заикался. Мы много гуляли по лесу, говорили, смеялись, узнавали друг друга ближе. Казалось то, что мы росли в разных, совершенно противоположных мирах, нам никак не мешало. Някке с радостью и воодушевлением рассказывал мне о карельской природе. В школе, признаюсь, я не отличалась рвением к учебе, а теперь я легко усваивала новые знания, потому что знала, что они мне пригодятся. Еще мы говорили о нашей скорой свободе, строили планы, куда отправимся из Лаайниккена, когда все закончится. * * * Снежная зима накрыла Лаайниккен пушистым белым покрывалом, на скалистом берегу озера, словно по волшебству, выросли причудливые ледяные скульптуры, а само озеро не замерзало. Мы любовались этой красотой вместе с Някке, от этого вся природа вокруг была пронизана любовью. Перед тем, как уйти, Някке каждый раз целовал меня. Его страстные поцелуи и чувственные прикосновения согревали меня зимой, сводили с ума, его объятия пылали жаром сильнее, чем натопленная печь. После встречи с ним, улыбка еще долго не сходила с моего лица. Оставаясь одна, все последующие дни до новой встречи я, раз за разом, вспоминала каждую минуту, проведенную с ним, вспоминала сладкий вкус поцелуев моего возлюбленного. В конце концов, я возблагодарила судьбу за все, что с мной случилось. Ведь, не попади я в Лаайниккен, не пройди все испытания, я бы не встретила его, моего возлюбленного, моего Някке… Каждую ночь, перед тем, как уснуть, я шептала себе: "Скоро все закончится. Скоро мы будем неразлучны. Вместе мы все преодолеем, вместе мы справимся с моей болью и с его сомнениями и страхами. Все будет хорошо." Мне хотелось в это верить, и я верила. Наивному сердцу жизненно необходимо верить в хорошее, только так оно может продолжать биться. Все эти восемь месяцев я пыталась забыть о существовании Никко. Вот уж у ком я хотела забыть, так это о нем. Айно поначалу просила меня проведать его, поговорить с ним, но я категорически отказывалась, а когда она принялась настаивать, я впала в истерику. Меня не могли успокоить больше часа, после чего Айно отстала от меня. Но время от времени я видела возле себя жуткую черную тень, которая преследовала меня с самого первого дня в Лаайниккене. Теперь я знала, что это он, мерзкий уродец, следит за мной. Это он, а не Някке, был виновен в гибели моего отца. Я всеми силами пыталась вычеркнуть его из своей памяти, но он все время напоминал о себе. Это портило мою спокойную и безмятежную жизнь. * * * Однажды, после очередного тщательного осмотра Айно, я сказалась ей, что пройдусь до леса. — Ты бы не отходила далеко от дома, Дана. Вдруг роды начнутся, – с тревогой в голосе сказала Айно. |