Книга Черная рябь, страница 161 – Екатерина Шитова

Яркий наряд Нежданы, украшенный вышивкой и блестящими каменьями, подчёркивал красоту и блеск длинных чёрных волос. Только красота эта была не настоящей, да и взгляд был хитрый, недобрый, и в голосе слышалось столько злобы, что всё внутри у Василисы похолодело. А ведь когда-то они назвали себя сестрицами! Неужели такая крепкая связь может превратиться в лютую вражду? Неужели человек может в одночасье так сильно перемениться? Оказывается, может, если душу раскалывает надвое чёрная зависть.

— Забирай, что хочешь, Неждана: дом, мужа, да хоть всю мою жизнь себе забери! – проговорила Василиса. – Но свою дочь я тебе не отдам.

Неждана усмехнулась, склонила голову набок.

— Она уже не твоя. Игнат отдал её мне.

— Зачем тебе дитя малое? Если крови хочешь, на, бери мою! – Василиса вытянула вперёд руку. – В такой-то малютке крови всего ничего.

— Мне кровь её не нужна, – произнесла девушка, повела головой и подбоченилась горделиво. – Она будет служить мне!

Василиса почувствовала жар внутри, будто в животе закипел огромный котёл.

— Никому моя дочь служить не будет! – яростно воскликнула она, сжав кулаки.

Неждана запрокинула голову и громко расхохоталась.

— Ты пришла ко мне, Жабьей царевне! Пришла в царство самой нежити, из чьих лап ни один живой человек уйти не может. Ты пришла сюда и смеешь перечить мне?

Она схватила Василису за горло и принялась душить. Её лицо стало зеленовато-серым, глаза надулись, безобразно выпучились, рот открылся, обнажив гнилую челюсть, а язык вывалился наружу. Но руки Нежданы то и дело соскальзывали, оставляя на коже Василисы ошмётки гнилой кожи. Василиса в ответ молотила её маленькими, но сильными кулачками, впивалась зубами в рыхлую, гнилую плоть. Неждана хватала свою жертву снова и снова, пытаясь придавить её, задушить, но у неё ничего не выходило. Василиса стала скользкой, как рыба.

И тут Неждана заметила под её рубахой травяную куклу.

— Оберег твой тебя не спасёт. Я вот сейчас тебя в озеро столкну, и вода смоет всю его силу.

Она схватила Василису за волосы и потащила к пологому берегу. Но и волосы девушки вдруг просочились сквозь пальцы Нежданы, словно вода.

— За что ты меня так ненавидишь, Неждана? Что плохого я тебе сделала? – закричала Василиса, сидя на земле.

Неждана, уже занёсшая руку для нового удара, вдруг опустила её. Её неприглядное мёртвое лицо застыло в злобной гримасе. Помолчав несколько минут, она проговорила:

— Помнишь, мы с тобою назвались сестрицами? Хотели всегда быть вместе и чтоб всё у нас было одинаково… Да вот только тогда с Зелёного озера ты ушла домой, дома тебя ждали родители. Они тебя любили и баловали. А я снова осталась одна. У меня не было никого. Потом у тебя появился жених. У меня же по-прежнему не было никого. Когда ты перестала приходить к Зелёному озеру, я посчитала это насмешкой. Ты обзавелась семьёй, а я так и была одна. Ты обещала, что всегда будешь со мной, но не выполнила обещания. Поэтому я лишу тебя самого дорогого, что у тебя есть. Я заберу твоё дитя. Скоро Уленька станет такой, как я. Она станет нежитью и будет служить мне. Она скрасит моё одиночество!

Неждана резким движением склонилась к гнезду и подхватила на руки Уленьку.

— Нет! – в отчаянии закричала Василиса.

Вскочив на ноги, она попыталась отобрать дочку у Жабьей царевны, но у неё не вышло, она лишь напугала малышку. Уленька отчаянно заплакала, испугавшись криков и громкой ругани, она принялась молотить ручками по воздуху. У Василисы сжалось сердце от пронзительного детского крика, она взглянула на Неждану глазами, полными слёз, и взмолилась: