Книга Големикон, страница 135 – Денис Лукьянов

Прасфора чувствовала, что все решится там – и шла.

Наверняка, в горном Хмельхольме был сто и один другой спуск, ведущий под землю, в нужное место – но девушка помнила только один, через кладбище големов, сейчас, видимо, опустевшее. И от этого почему-то становилось еще страшнее.

Взгляду было не за что уцепиться, деталей не хватало, и такое огромное пустое пространство размылось, словно вода смешалась с краской. Попадамс просто шла на автомате – хорошо, что еще не забыла дорогу до кладбища. И тут внимание ее – совершенно случайно – привлекла маленькая фигурка, сидевшая у колонны. Взгляд сперва схватился за нее просто так, по инерции.

И только позже Прасфора увидела, что это Тедди. Курс ее тут же сменился.

Подойдя ближе, девушка подумала, что мальчик плачет – но тот просто сидел, смотря в пустоту. При этом моментально заметил Прасфору и проговорил, не поворачивая головы:

— Это началось, да?

Ответ, в принципе, не требовался, но зачем-то Попадамс сказала:

— Да.

— Я боялся, что пол уйдет из-под ног, – вялым голосом будто бы оправдался за полугоризонтальное положение Тедди-Теодор. – А потом он вроде действительно стал уходить…

Тедди Тминн не боялся – это было видно по глазам, слышно по голосу и, в конце концов, просто ощутимо. Просто… не понимал, что происходит и что делать дальше. В голове не укладывался этот новый кусочек реальности, который хотелось выдрать, смять и выкинуть прочь. Прасфора молча смотрела на мальчика и все больше ловила себя на мысли, что будто бы стоит перед зеркалом, смотря на свое отражение – она тоже не понимала, как быть. Как быть, если она – просто Прасфора, не мэр Кейзер и кто-нибудь еще. В такие моменты все слова и попытки Альвио доказать обратное – мол, все у тебя получится – казались колючим сорняками, не только засорявшими сознание, но и ранящими его до крови.

Прасфора и так постоянно резала себя до крови, гуляя по свинцовым ножам комплексов и разбивая голову о непомерные задачи. Правда потом просто вытиралась и шла дальше.

Резко вернувшись в настоящее, девушка присела на корточки – с трудом, ноги не хотели гнуться.

— Иди на кухню, – на последнем слове Попадамс вздрогнула. – Тут нечего делать.

— А как вы?

— Справлюсь как-нибудь, – призналась она. – Не в первый раз. Хотя сомневаюсь, что в этот раз удержу целое небо.

И она пошла, с каждым шагом все сильнее и сильнее заглушая внутренние блокировки, зажимавшие уверенность в непосильные тиски – заглушала до боли барабанных перепонок.

На ворота кладбища с изображениями големов смотреть не было никакого желания, но идти с закрытыми глазами – тоже не вариант. Попадамс просто вздохнула – и расслышала шаги за спиной.

— Я провожу вас, – на ходу объявил запыхавшийся Тедди-Теодор. – До того места, куда вам надо.

Кладбище действительно пугало пуще прежнего. Теперь здесь не было големов – никогда не умиравших трупов, – зато пустота и тишина казались такими густыми, что спирало дыхание. В воздухе носилось нечто непостижимое, будто бы эхо от голосов вечно немых големов, звук их плача и просьб, произнесенных с придыханием обреченных. Прасфора и Тедди тоже старались не задерживать взгляд, как можно быстрее хотелось покинуть это место, избавиться от зловещего ощущения присутствия чего-то иного, хотя разум подсказывал театральным шепотом: нет здесь ничего такого, лишь фантомные, ничем не обоснованные мысли и эмоции.