Книга Приплывший дом, страница 56 – Снежана Каримова

И где сейчас Павел? Заливает свое горе, как будто не понимает, что оно общее?

Тут во дворе залаял Жук.

Катька встрепенулась, отняла от печи испачканные побелкой ладони. Ей так не хотелось снова идти в холод, дождь и темноту, поэтому она попросила:

— Миш, встреть, а? Наверное, Пашка явился. Помоги ему.

Мишка кивнул, тем более он как раз закончил с валенками, быстро оделся и вышел на улицу. Во дворе Ива, прижимая к себе графин, отпихивала ногой черного вертлявого пса. Платок на ней был старый – серый, заношенный. Мишка снова вспомнил о Дубовых и теперь по-настоящему пожалел, что подарил Иванне последнюю оставшуюся от мамы вещь. Попросить, что ли, обратно?

— Пса-то убери! – крикнула Ива.

— Кыш! В будку! – замахал на Жука Мишка.

Пес, поджав хвост, обиженно убежал.

— Вот, – протянула Ива стеклянный сосуд Мишке. – Осторожно, он полный!

Мишка машинально принял графин, не понимая, зачем он ему. В сосуде бултыхалась бурая жидкость, похожая на слабо заваренный чай.

«Шутовка. Как есть – шутовка», – вспомнил Мишка слова Борисыча.

Ива достала из кармана сложенный листок.

— Здесь указания. Катерине отдай. Пусть все сделает как написано.

Мишка взял листок, наконец догадавшись, что принесла девочка. Наверное, за этим ходила к Пелагее Катька. Он снова глянул на жидкость в графине и невольно поморщился. Да уж, не завидовал Мишка мужу сестры. Главное, чтобы после этого зелья у Павла рога и копыта не выросли. С ведьм станется, не зря же говорят, что в подполье у Пелагеи живут черти.

— А адрес? Ты обещала, – напомнил он.

— Когда графин вернешь, – серьезно сказала Ива.

Мишка нахмурился, а память снова услужливо подсунула слова Катьки о Дубовых. Про свой готовящийся переезд Ива ему не рассказала, а теперь адрес не дает. Они же договаривались переписываться. И почему Иванна не предложила бабушке переезжать с его семьей? Знала ведь, что они тоже остались без дома. Ах да, у них же Павел пьяница. А у Дубовых все как на подбор.

— Вы что, с Дубовыми переезжаете? – не выдержал и спросил Мишка, стараясь придать голосу безразличия.

Иванна раздраженно кивнула.

— Да, с ними. Подожди, слушай дальше, – ей не нравилось, что Мишка перебивал, ведь она еще не сказала самого главного. – Как только совершите обряд над Павлом, верните графин обратно. Слышишь? Обязательно!

— Знать бы еще, где этот Павел, – хмуро пробормотал Мишка. – Сами ищем.

И почему Ива уклоняется от разговора? Болтает об очевидном вместо того, чтобы обсудить важное. Видно, показалось, что он тоже ей нравится. Девчонка эта всегда была себе на уме.

Вспомнился и бидон, который Ива бросила, когда они удирали от заруцких хулиганов. «Ванька подберет и к нам во двор закинет», – буднично сказала она тогда, заставив перед этим трусливо бежать. Кажется, Ива с ним просто играла.

— У вас есть несколько дней, – сухо заявила Ива, и Мишка не сразу понял, что это она о Павле. – Но графин вы должны вернуть. Обязательно! С этим шутить нельзя! Не получится с Павлом, все равно до отъезда принеси графин.

«Как будто в облаках витает», – думала Иванна, сердито глядя на Мишку.

— Не вернете – будет проклят ваш род и обрушатся беды!

Да, да, он уже это слышал. Ива так же стращала рыбаков, чтобы те за ней не подглядывали, когда она колдовала в реке.