Книга Одна из них, страница 125 – Катерина Ромм

— Там кто-то есть, – шепнула она. – Я боюсь промазать.

Призрак коротко кивнула. Ей почему-то казалось, будто она здесь уже была. Детские воспоминания – самые яркие и самые невнятные; в голове всё смешалось за столько лет, и уже не различить, что было на самом деле, а что пригрезилось.

Она осторожно заглянула в просторный холл и тут же выстрелила – грузный мужчина осел на пол, не успев встать из-за стола. Он закрутился на месте, пытаясь подняться на ноги. Призрак считала про себя: три, пять, семь, девять… Мужчина замер с блаженной улыбкой на лице. Яд искры никогда не действовал так быстро сам по себе – обычно первые галлюцинации появлялись лишь через добрую дюжину минут после контакта. Однако травники научились ускорять реакцию.

Призрак опустила глаза на серебристый пистолет, как будто впервые его увидела. Кассандра положила ей руку на плечо.

— Ты в порядке?

— Конечно в порядке. Просто смешно стрелять этими дротиками вместо патронов, – отозвалась Призрак.

— А уж ему-то как смешно, – Гиория подошла к мужчине и помахала оружием перед его носом. Он смотрел на неё во все глаза и широко улыбался; изо рта текла слюна. Гиория забрала у него пистолет, дубинку и обшарила карманы.

Призрак последовала за Кассандрой вглубь здания. И почему всё кажется таким знакомым? Нет, она точно никогда не была с мамой и Томем во флорийской тюрьме. Может быть, их тогда тоже содержали в каком-нибудь лицее? После Передела все обычные тюрьмы были переполнены.

Пока что ливьеры не встретили никакого сопротивления: здание казалось полупустым. Девушки разделились. Одну за другой они распахивали двери классных комнат и кабинетов, но находили только пыльные парты и шкафы, сдвинутые в угол.

— На этаж ниже! – запыхавшаяся Анель прибежала со стороны лестничного пролёта. – Охрана там, они ранили Макаи. Царапина.

— Идём, – кивнула Кассандра.

Внизу было несколько комнат поменьше – вряд ли они использовались для занятий, как те, что на первом этаже. Узкие окна под потолком едва пропускали рассеянный вечерний свет в эти кельи. Кассандра зажгла фонарь. Макаи и другие ливьеры уже выводили в коридор ослабевших узников, поддерживая их под руки: бормочущего старика, исхудавшего мужчину лет сорока, женщину со сломанной рукой.

— Всего шесть камер, три были заняты, – отчиталась Гиория. – Остальные пусты.

Кассандра опустила глаза, помолчала.

— Макаи, ты как?

Ливьера молча указала на перевязанное плечо и махнула рукой.

— Хорошо, – кивнула Кассандра. – Очевидно, мы нашли какую-то дополнительную тюрьму, о которой не знала наша разведка. Уведите этих людей в безопасное место, как договаривались с Бимбикен, расспросите их… Возьмите пять человек из группы для охраны.

— Нас останется мало, – заметила Призрак.

— Нам надо найти… – Кассандра запнулась, – регалии. Нас останется достаточно.

Проходя мимо освобождённых заключённых, Призрак отвела глаза. Она была так близко, так невыносимо близко… Хотелось кричать от вскрытых ран. Но она знала, что нельзя. К тому же она тут не одна такая с этой болью. Пускай Томь, как всегда, чувствует за них обоих. Она – не должна.

В комнате под номером пять было пусто, лишь на полу, словно опавшие осенние листья, лежали несколько блокнотных листков. Призрак собрала их, подсветила фонариком и покрутила в руках. Это были яркие рисунки карандашом; она затруднялась сказать, что на них изображено, – деревья? люди? Призрак вынесла картинки в коридор.