Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 16 – Александра Ермакова

Первое пришедшее в голову, когда вхожу в офис Меркурий-Сити: «Боже, это будет моим! Как же давно мечтала о нем! Уже не верила, что может сбыться». Переполняющие чувства настолько поглощают, что толком не слышу Вердина, главного менеджера Дегтерева. Марат Олегович с воодушевлением распинается, из штанов выпрыгивает, чтобы прогнуться перед будущей хозяйкой.

Два офиса с рядовыми менеджерами в постельных желто-персиковых тонах и светлой мебелью. Еще один, — главного менеджера, — в темно-коричневых. Простенькая, но элегантно оборудованная как для приготовления, так и для подогрева еды зеленовато-оранжевая кухня. В комнате для отдыха красуется журнальный столик и жесткий угловой диван. На голубом успокаивающем фоне одну стену занимают фотообои — безбрежный океан с игривыми барашками, песчаный берег, ласковые отблески заходящего солнца. Белоснежный санузел и крохотная курилка с огромным окном во всю стену, — для вентиляции один из модулей открыт.

О персонале справки навела давно, знаю о работниках все — даже какие носки предпочитают одевать в понедельник… среду… или воскресенье. Вкусы, интересы. Мне известны слабые и сильные стороны, а главное личностные качества.

В штате офиса шесть сотрудников: четыре менеджера среднего звена. Двадцати шестилетняя Негласова Юлия Валерьевна — пассия нынешнего главного менеджера.

Юрчев Остап Викторович, двадцати восьми лет.

Горсимов Иосиф Адамович, двадцати девяти лет.

Тридцати четырехлетняя Аглыбова Гамзан Адыгова — гремучая смесь южной красоты и столичного пробивного начала.

Вердин Марат Олегович — надзиратель, а по совместительству «главный менеджер» офиса.

Лавкина Клавдия Матвеевна — шестидесяти трехлетняя уборщица. Приехала в столицу из Вологды из забытой богом и людьми деревни. Смерть единственной дочери — найдена мертвой при невыясненных обстоятельствах, — вырывают из мирной жизни и забрасывают в суету мегаполиса. Удивительно, но старушка не загибается от духоты и тесноты столицы — подыскивает работу и мирно доживает свой век в квартире убиенной дочери.

Все бы ничего, но одно смущает — почему же Дмитрий Бенедиктович закрывает сторонние офисы и соглашается продать «главный» весьма успешного бизнеса? Ответ до сих пор не идет. Может, ловушку придумал? Вот только на что, кого? Вдвоем выживать на рынке тур-услуг со столь узкой специализацией сложно, но возможно. К тому же у него уже наработана своя клиентская база: любители мистического и потустороннего — их хоть отбавляй. Одни клиенты приводят других… А вот мне было бы нужно начинать все с нуля. У Дегтерева заведомо преимущество. Странно, получается: сдал позиции до появления реального конкурента — ведь у меня все только на словах было.

Эх, узнать бы реальную причину…

Слушаю Вердина, изредка, чисто формально киваю. Еще реже отмахиваюсь односложными ответами, поглядывая то на удивительно притихшего и заметно схуднувшего Дмитрия Бенедиктовича, будто находящегося в другой реальности, то на невозмутимого Константина. В разговор оба не встревают. Что поражает — Дегтерев молчит?!. Его грязный язык порой мечтала отрезать. Дмитрий, обычно считал нужным отпустить фривольные колкости и язвы, сейчас же — с потухшим взглядом бродит рядом. Интригующее поведение, странное решение, но что одному смерть — другому жизнь. Обойдя будущие владения, останавливаюсь в кабинете главного менеджера.