Книга Мастер Алгоритмов. ver. 0.3, страница 75 – Александр Вольт, Виктор Петровский

Тут все шло со скрипом. Стационарный вариант опирался на неизменность помещения. А портативный должен был работать в динамике, отсекая мой собственный вес, случайных прохожих… Слишком много переменных. Калибровка сбивалась, алгоритм выдавал ложные срабатывания на каждое мое движение.

Но что, если изменить подход? Я ведь уже думал об этом… Зачем отсекать? Просто изменить отдачу информации в разум, больше детализировать, чтобы отдавался еще и образ массы. Тогда «Весы» станут мне дополнительным органом чувств, я буду знать, что вот вокруг столько-то килограммов именно снега, а вот люди по столько-то кило, движутся так-то… Как глаза с обзором в триста шестьдесят градусов, которые при этом не обманешь.

Одна беда — как бы не перегрузить собственный разум таким объемом информации. Придется привыкать, и сам алгоритм нещадно дорабатывать.

Промучившись до полуночи, я понял, что сегодня эту задачу не решу. Нужен свежий взгляд.

Я захлопнул блокнот.

— Спать, — скомандовал я сам себе.

Завтра предстоял очередной день в Министерстве, и мне нужны были силы.

* * *

Эта попытка сноходчества вышла куда более удачной, чем предыдущие. Если в прошлый раз я чувствовал себя канатоходцем, балансирующим над пропастью безумия, то сегодня под ногами ощущалась, в переносном смысле, твердая почва.

Серый туман послушно застыл, ожидая команд. Никаких вспышек, никаких непрошеных образов из подсознания.

Итак, я возжелал создать куб.

Фигура возникла мгновенно. Идеальные грани, матовая поверхность, стабильная геометрия. Он не пытался стать шаром, не менял цвет и не обрастал шерстью, просто висел себе в пространстве, медленно вращаясь вокруг своей оси, точно подчиняясь моему волевому импульсу.

Куб уже не представлял для меня вызова. Удержание пространства чистым — тоже. Техники концентрации, которым учил Баюн, работали безотказно. Я нашел тот самый ментальный переключатель: будто поставил жесткое условие самому пространству сна — «существует только то, что я активно хочу создать». Любая случайная мысль, любой ментальный шум отсекались на подлете, не успевая материализоваться.

И это сработало. Сон подчинился.

— Не вижу смысла дальше мучить тебя кубом, — прокомментировал Баюн.

Кот материализовался рядом — просто проявился, как проявляется изображение на фотобумаге. Он обошел мое творение по кругу, критически осмотрел грани и даже ткнул в одну из них лапой. Куб не шелохнулся.

— А ты и не мучаешь, — ответил я, продолжая удерживать фигуру в фокусе. — Я не против медленного прогресса. Если надо — то надо. Спешка хороша при ловле блох, а здесь фундамент важен.

В этих словах, однако, содержалось некоторое лукавство. В глубине души мне хотелось пуститься во все тяжкие, дать разгуляться силушке сноходческой, построить тут дворцы или смоделировать бой с десятком противников. Но я же не комик, в конце концов, чтобы людей смешить своими потугами, а потому и гнать лошадей не хотел. Если система обучения того требует — будем тысячу ночей крутить этот чертов куб. Мастерство строится на базе, а базу нельзя проскакивать.

— В том-то и дело, что не надо, — задумчиво протянул Баюн, садясь в воздухе. — Тебе это все будто бы естественно дается. Слишком легко. Обычно на этом этапе ученик все еще борется с летающими рыбами и поющими деревьями, а у тебя — тишина и порядок.