Книга Чокнуться можно! Том 3, страница 32 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Сафонов медленно отложил ручку, которую всё это время крутил в пальцах. Откинулся в кресле. Посмотрел на меня уже совсем другим взглядом — внимательным, оценивающим.

— Алексей Сергеевич, — медленно произнёс он. — Вы или сошли с ума, или… Проклятье! — хохотнул он. — Интересный же вы человек! Очень интересный. И что же навело вас на такие фантастические выводы?

— Денис, — коротко сказал я. — Из ИТ-отдела. Он рассказал, что вы попросили его оставить вам компьютер. С учётной записью администратора. Двадцать минут работы — и вчера вечером все карты оказались изменены. Я знаю, что это были вы. Никакой фантастики.

После этого заявления наступила тишина. Всё, теперь отнекиваться он больше не сможет. Пора переходить к кульминации.

Сафонов думал. Хоть и пытался выглядеть невозмутимым, но я уже чётко мог разглядеть его сомнения.

Он гадал, что делать дальше. Отрицать мои слова? Бесполезно — я назвал Дениса. Угрожать? Тоже глупо. Он кто угодно, но только не дурак. Понимает, что я не пришёл бы без подстраховки. Значит, остаётся одно.

Торговаться.

/Объект: Сафонов Е. М. Эмоциональный фон: оранжевый. Пульс 92. Микромимика: расчёт. Прогноз: попытка перевербовки/

Ага… Хитрый ход. Ну, пусть попробует. Может, такая тактика на ком-нибудь и сработает. Но точно не на мне.

— Алексей Сергеевич, — голос Сафонова снова выровнялся, будто заместитель главного врача полностью взял ситуацию под свой контроль. — Знаете, я ведь не зря назвал вас полезным. Вы умный человек. И, что важнее, наблюдательный. В медицине это, к сожалению, встречается не так уж часто.

— Спасибо за комплимент, — сухо ответил я. — И к чему же вы это?

— Это не комплимент. Я говорю, как есть, — он скрестил пальцы и прищурил глаза. — Раз уж между нами больше нет тайн, давайте тогда говорить как взрослые люди. Вы психиатр и хорошо понимаете людей. Я же администратор и отлично понимаю систему. Капитанов, при всём моём к нему уважении, не понимает ни того, ни другого. Он удерживает место, которое ему не по силам. И рано или поздно он его освободит — с моей помощью или без неё. Вопрос только в том, кто на этом выиграет.

Вот оно! Он уже начал выкладывать весь свой план. Только Сафонов не подумал, что у меня в кармане работает диктофон.

Хотя… Слишком сильно полагаться на него не стоит. Мы с Полиной уже отметили, что диктофон включить нужно, но использовать его в суде в случае чего будет трудно. Законы на запись голоса без предупреждения смотрят очень неоднозначно.

— В Саратове, — продолжил Сафонов, — мне предложили место заместителя по лечебной части в областной больнице. Сами понимаете, какой это уровень. Но я ведь уезжаю туда не один. Я забираю с собой команду. Своих людей, доктор Астахов. И в целом… Если подумать, я бы не отказался предоставить областной больнице хорошего психиатра.

— В Саратове, таких как я, пруд пруди.

— Ошибаетесь. Психиатров там много, это правда. Но таких, как вы — нет, — он попытался искренне улыбнуться. — Я навёл справки. Вы за несколько месяцев обработали столько случаев, сколько в Саратове даже доценты не могут осилить. Вы видите людей насквозь. У вас… не знаю, как сказать. Чутьё или талант… Нет, дар! И этот дар в Тиховолжске пропадает. Здесь вам никогда не дадут развернуться по-настоящему.