Книга Домашний арест, страница 11 – Ники Руа

— Да будь он последним мужчиной на земле, я бы не посмотрела в его сторону, — заявила я, задетая за живое.

— Хм. В этом тоже есть свои минусы. Если бы вы включили немного женского обаяния и пофлиртовали с ним, было бы больше шансов установить контакт.

Всё-таки неспроста Голикова отпустила этот странный комментарий: «Вы внешне ничего так». Казалось, чем мягче с ней себя вести, тем больше она будет наглеть.

— Я не буду флиртовать с человеком, который мне противен, ни за какие должности, — безапелляционно сказала я. — Максимум — пообщаться дружески. Но, боюсь, даже дружелюбие изобразить не смогу. Я не актёр.

— Все всё могут, — назидательно отчеканила Ирина и подалась вперед. — Это вопрос мотивации. Давайте, я вам кое-что покажу.

Она открыла одну из папок, и достала оттуда фотографии, которые разложила передо мной.

Я уставилась на изображения мёртвой Леры, сделанные с разных ракурсов и в отличном разрешении: руки и ноги переломаны, из одежды лишь трусы и задравшаяся комбинация, оголившая грудь. Голова повёрнута вбок, остекленевшие голубые глаза широко распахнуты, изо рта стекает тонкая струйка крови, под размозжённым затылком малиновая жижа из крови и, вероятно, мозгов. Поодаль валяются домашний тапочек и пуховик.

— Вот эта девушка, — Ирина взяла карандаш и ткнула в фотографию, — оплачивала лечение бездомных животных. Она была очень смелой — трижды прыгала с парашютом. Любила ездить на природу, слушать джаз, обожала готовить. А теперь лежит в сырой земле. Вам её жалко?

— Жалко.

Я сглотнула подступивший к горлу нервный комок. Безусловно, фотографии искалеченного тела вызывали сочувствие. Только зачем Ира их показывала? Бесчестная манипуляция.

— У Ростова был мотив для убийства, — Голикова достала из папки новую порцию фотографий — на этот раз с Никитой — и, подобно карточному шулеру, веером разложила их на столе. — Он работал на дядю Леры и был на хорошем счету, получал большие деньги. Бедняжка неоднократно угрожала рассказать дяде, что Ростов её бьёт. Если бы она выполнила угрозы — его вышвырнули бы с работы. А если бы она случайно умерла — Ростов был бы скорбящим женихом, и никто бы его не уволил. Вот такие падения с балкона — часто очень сложно доказать, что человека именно убили.

Да, версия с корыстным мотивом была одной из двух, обсуждаемых в интернете. Вторая строилась на том, что абьюзер и садист Никита столкнул Леру с балкона в приступе ярости. Вероятно, в первом случае ему светил больший срок?

Я взяла со стола одну из фотографий Никиты. Стоит у барной стойки в компании друзей в ночном клубе. В руке стакан с напитком, похожим на виски. На лице беззаботная и немного самодовольная улыбка. Я в который раз тщетно пыталась углядеть что-то, что выдало бы в нём психопата. И глаза самые обычные — весёлые, никакой злости, никакой безуминки.

— У Ростова хороший адвокат, — сказала Голикова. — Родные Валерии настаивали на суде присяжных, где у этого ублюдка не было бы ни одного шанса. Увы, процесс будет закрытым, а вердикт вынесет судья. Все улики против Ростова косвенные, насколько нам известно. А если он убийца и окажется на свободе? Представьте на минуточку, что только у вас был бы реальный шанс его разоблачить.

— Мм… думаете, он скинет с балкона кого-то ещё?