Книга Кара для мажора. Поспорить на любовь, страница 83 – Ника Оболенская

Когда его горячие пальцы касаются моей шеи, проверяя ремешок, меня мгновенно прошивает током. По спине резво бегут мурашки.

Теряю всякую связь с реальностью, потому что теперь могу думать только о проворных пальцах Беса.

Щеки вмиг наливаются жаром. Сердце готово посоревноваться с табуном тех самых итальянских лошадей.

— Нормально, не жмет?

Смотрю в разноцветные глаза Алекса и как дурочка думаю о том, что гетерохромия ему очень идет. Она будто наглядно показывает две сущности Алекса Бессонова — невозможный бес и обаятельный милаха.

— Кара, прием? — Раздается прямо в шлеме.

— А! Да!

Удивленно смотрю на Алекса. Он уже надел свой шлем.

— Говорю, папе ручкой сделай, и погнали.

Так и есть. Папа курит на балконе, наблюдая за нами.

— Не зли его, — прошу тихо. — Он хороший. И переживает за нас…

Алекс задирает голову вверх и салютует, касаясь пальцами виска.

— Да норм папка у тебя. Правда, от его драконовских методов у меня изжога.

— Держись, — произнес приглушенно.

Обнимаю его за талию, сцепляя пальцы в замок. Мои бедра плотно прижаты к его, и я чувствую жар его тела.

Это так волнительно! И совершенно невероятно!

Еще недавно Алекс Бессонов терроризировал меня, вломившись в мою жизнь как ураган.

А сегодня я прижимаюсь к его спине и с долей страха жду нашего первого свидания.

— Только не гони, пожалуйста, — прошу сбивчиво.

— Расслабься, Кудряха, у меня на тебя большие планы, — самодовольно звучит внутри моего шлема.

Алекс убирает подножку, байк кренится вбок. Не успеваю я испугаться, как мы выравниваемся, а потом с громким ревом срываемся с места.

Мамочки!

Стискиваю руки так, что еще немного и они окажутся у Бессонова в желудке.

Мы петляем по придомовой территории, ловко уворачиваясь от паркующихся машин.

На каждом повороте меня мотает как куль с картошкой. О чем не забывает шутить Алекс и тут же подсказывает, как нужно.

— Ты ж моя «двойка», а не какой-нибудь зажопник, повторяй все движения за мной.

Немного освоившись, с любопытством кручу головой.

Но как только Алекс выбирается на шоссе, я наконец понимаю, про что он говорил.

Наплевав на правила, мы несемся стрелой.

Первые секунды от страха сводит живот. Я с такой силой вжимаюсь в Алекса, что чувствую напряжение каждой его мышцы.

— Смотри, как красиво! — произносит он.

Мы на набережной. Черное полотно реки, калейдоскоп разноцветных огней на противоположном берегу, монументальный мост сияет фиолетовой подсветкой и красно-желтыми фарами машин. Они как живая змея ползут в собственном ритме.

Я смотрю на все это, от восторга широко распахнув глаза.

И тут страх исчезает. Растворяется в реве мотора и бешеном биении сердца. На его место приходит ощущение полета.

Кажется, еще мгновение — и колеса оторвутся от асфальта, и мы взлетим над огнями города, прямо к звездам.

Когда город остается позади, решаюсь подать голос:

— Надеюсь, ты не в лес решил меня вывезти и там закопать?

Алекс хмыкает в ответ.

— Надейся.

— Эй! — Осмелев, хлопаю его по плечу.

— Да шучу я. Здесь недалеко. Заглянем на пару сек.

На территории заброшенного завода яблоку негде упасть. Народу тьма!

Кругом припаркованы машины самых разнообразных расцветок и тюнинга. Воздух гудит низкими частотами и резко пахнет жженым сцеплением и бензином. Музыка из мощных колонок оглушает, сливаясь с рокотом двигателей.