Книга Я тебя разлюбил, страница 54 – Тори Грам

— Снова, — согласилась Яна.

— Ты счастлива?

Она помолчала. Не потому что не знала ответа, а потому что хотела прочувствовать его до конца. Вспомнила ту раздавленную женщину, которая стояла у окна в сентябре и не знала, сможет ли сделать следующий вдох. Вспомнила бессонные ночи, слёзы в подушку, первый поход к психологу, первый удар по мячу на теннисном корте. Вспомнила Олега. Его тёплые руки и тихое«ты пахнешь летом». Вспомнила, как заново училась смеяться. Как впервые сказала себе:

«Ты справилась».

Олег прислал открытку на свадьбу: короткую, сдержанную, как он сам.

«Поздравляю. Будьте счастливы».

И приписка внизу:

«У меня всё хорошо. Она играет в теннис».

Теперь внутри неё был не просто покой, а нечто большее — тихая, уверенная гармония. Она больше не боялась быть одна, потому что знала: она справится. И именно поэтому сейчас, сидя рядом с Артёмом, она не цеплялась за него, как за единственный источник воздуха. Она просто выбрала его. Осознанно, как человек, который умеет дышать сам.

— Знаешь, я думала об этом долго. Тогда, в сентябре, я думала, что счастье кончилось. Что я больше никогда не буду смеяться, не буду любить, не буду дышать. А потом научилась. Сама. Без тебя. И это было самое важное. Потому что теперь я с тобой не потому, что не могу без тебя. А потому, что хочу.

— Ты мой воздух, — сказал Артём тихо.

— А ты мой, — ответила Яна. — Но теперь я умею дышать и сама. А ты?

— Я научился, — он улыбнулся. — Но с тобой дышится легче.

Она положила голову ему на плечо, и они сидели так долго, пока звёзды не начали гаснуть одна за другой.

Завтра будет новый день. Послезавтра ещё один. И послезавтра, и через год, и через десять лет. И в каждом из этих дней они будут делать выбор: не«люблю или не люблю», а«подкидывать дрова в печь или нет».

Сегодня они этот выбор сделали.

И Яна знала: теперь навсегда.

Август в этом году выдался щедрым.

Яблоки на даче у Елены Дмитриевны налились раньше срока, ветки гнулись к земле, и по всему саду стоял густой, медовый запах. В гамаке, привязанном между старой яблоней и покосившимся столбиком веранды, спала Алиса, их дочь, которой две недели назад исполнилось два года. Светлые кудряшки, перепачканные малиной, разметались по подушке, одна рука сжимала плюшевого зайца.

Ваня, уже совсем взрослый, сосредоточенно строил шалаш в дальнем углу сада, бабушка разрешила использовать старые доски, и теперь он, высунув язык от усердия, сколачивал своё первое в жизни убежище. Артём обещал помочь после ужина.

А сам Артём стоял на веранде и смотрел на жену.

Яна резала овощи для салата — того самого, с её фирменным соусом, который он когда-то, сто лет назад, назвал«нормальным». Теперь он знал: она готовит его, только когда по-настоящему счастлива. Солнце золотило её светлые волосы, всё ещё пахнущие ромашкой, и Артём в который раз подумал, что мог бы стоять так вечно и смотреть на свою жену.

— Ты чего? — Яна подняла глаза и улыбнулась.

— Ничего. Просто смотрю.

— Насмотришься ещё. Иди лучше Ване помоги, а то он там, кажется, гвоздь не может забить.

— Сейчас, — Артём подошёл к ней, обнял со спины, уткнулся носом в макушку. — У меня для тебя кое-что есть.

Яна отложила нож и обернулась.

— Что?

— Подарок. На годовщину. Только давай позже, когда дети уснут. Это... необычное.