Книга Сердце сирены, страница 72 – Кэтрин Болфинч

Конечно, он не пришел. Да и зачем ему это? Я едва не фыркнула от досады.

— Если будет совсем плохо, то звони, что-нибудь придумаем, – проговорил Адам, заставляя снова на него посмотреть.

— Только вернись из Италии, ладно? Остальное как-нибудь можно пережить. – Он слабо улыбнулся, потрепал меня по волосам почти как в детстве.

Прощание с братом вышло неловким, странным и тяжелым. Всегда сложно уезжать оттуда, где ты провел много времени, где освоился. Словно вместе с вещами берешь в чемодан и себя, и чувства, чтобы достать потом в одиночестве и вдоволь насладиться.

Где-то в глубине души укололо разочарование. А потом я заметила его. Матиас стоял в противоположном углу, сунув руки в карманы брюк, издалека он даже чем-то напоминал Лукаса. Такой же высокий и светлый, их обычно замечали сразу.

Печальная улыбка тронула мои губы. Хотелось сорваться в его сторону, бросить все и прыгнуть в сильные объятия, но я лишь смотрела, запоминая в деталях: серый свитер, светлые волосы и широкие плечи.

— Хочешь пойти к нему? – тихо спросил Адам. Я зажмурилась, пытаясь сделать хоть один вдох.

— А потом Лукас зашлет меня в Антарктиду?

— Я ничего ему не скажу. – Я повернулась в сторону Матиаса, но на том месте уже стоял старичок с тростью и большими очками. Он ушел.

Значит, не судьба.

— Нет, не хочу, – ответила я брату, еще раз его обняла и направилась к стойке регистрации.

На этом история нашего лета закончилась. Мы пережили многое, и я бы, несомненно, снова ворвалась в его клуб, зная, что нам придется расстаться. Я бы повторяла это столько раз, сколько возможно, даже если бы каждый раз нас ожидал одинаковый исход.

История маленькой шалости в виде звезд на груди закончилась, когда я села в самолет, а шасси оторвались от земли.

Очередная ссора со старшей сестрой. Луиза назвала меня полным придурком и болваном, потому что я не написал девушке, которая мне понравилась.

И внутренне я с ней согласился, но каждый раз, когда мне кто-то нравился, я думал, что этого кого-то легко проглотит мой мир. Я смотрел на отца, на безымянную могилу матери и понимал, что не хочу так же. Не хочу жить с огромным пластом боли и призраками за спиной.

Тогда я уселся на крыльцо и закурил первый раз в жизни. Именно в этот момент отец вышел на улицу следом за мной, опустился на ступеньку выше. Я был уверен, что он начнет отчитывать меня за вредную привычку, но он лишь цокнул языком и проговорил:

– Ссоры ссорами, но семья – это люди, от которых ты никогда не сможешь откупиться. Тебе, как наследнику, стоит помнить об этом и оберегать своих сестер, Матиас. В особенности старшую. Она слишком своевольна, – по-доброму усмехнулся отец, а я задержал взгляд на красном кабриолете, который он подарил Луизе.

Иногда мне казалось, что он не умеет чувствовать вовсе, а иногда, что ценнее семьи для него не существует ничего.

Я не вылазил из клуба три дня. С тех пор, как позорно сбежал из аэропорта, когда брат Элизабет меня заметил. Даже не собираюсь придумывать этому оправданий. Ушел, как только понял, что у нее могут быть из-за этого проблемы.

И мне бы хотелось сказать, что все эти три дня я провел в компании горячих студенток и виски, но на самом деле первую ночь я не спал вообще, а алкоголь так легко вливался в мой желудок, что к рассвету я подумал, что это чай. Кружащаяся в глазах комната дала понять, что это все еще виски. Второй день я проспал, а ближе к вечеру разбирал то, что не трогал все это время.