Книга Повелитель стали, страница 176 – Рейчел Шнайдер

— Жена спустит с меня шкуру, если я занесу грязь на ее пол.

Странно входить в чей-то дом босиком. Это кажется слишком личным, но я понимаю, что он имеет в виду. Каменный пол маленькой прихожей не отполирован, но безупречно чист. Я сбрасываю капюшон и окидываю взглядом лестницу и латунную люстру. Воздух наполнен ароматами еды и специй.

— Они уже здесь, – кричит Уэллс, войдя и закрыв за нами дверь.

Экер не отпускает мою руку и тянет за собой. Мы поворачиваем за угол и оказываемся в столовой. Большую ее часть занимает стол, достаточно большой, чтобы за ним уместились целых двенадцать человек, а из окна в дальней стене видны кухонная рабочая поверхность и стоящая за ней маленькая блондинка.

Увидев нас, она радостно взвизгивает, снимает рукавицы и, на мгновение исчезнув из виду, тут же появляется в проходе между кухней и столовой.

— Я не знала, что ей нравится, поэтому наготовила всего понемножку.

Экеру приходится отпустить мою руку, чтобы крепко обнять ее.

— Главное, чтобы это была не рыба.

Я бросаю на него испепеляющий взгляд, затем, когда Оливия поворачивается ко мне, приклеиваю к лицу улыбку.

— Я уверена, что мне понравится все, что бы это ни было.

— Не беспокойтесь. – Она сжимает руки в кулаки. – В этом доме никто ни на кого не обижается.

Я вижу, что она изо всех сил сдерживается, чтобы не засыпать меня вопросами, поэтому решаю обнять ее, чтобы положить конец ее мучениям. Она значительно ниже, и мне приходится наклониться, чтобы добраться до нее, но я чувствую, как она чуть ли не вибрирует, когда я обвиваю руками ее узкие плечи.

— Я так рада видеть тебя, – говорит она, обняв меня в ответ изо всех сил.

Я смотрю на Экера поверх ее плеча и вижу, что от моей неловкости он едва сдерживает смех.

Уэллс приходит на помощь, обхватив жену рукой за талию и оторвав от меня.

— Лив, детка, тебе нужна помощь на кухне?

— О, это было бы здорово.

Уэллс понимающе переглядывается с Экером, затем подмигивает мне и вслед за женой идет на кухню. Их приглушенные голоса доносятся через открытое окно для подачи блюд.

— …перегружай ее.

— Она сама меня обняла.

Экер улыбается и выдвигает для меня стул.

— Она понравится тебе, – шепчет он мне на ухо, когда я сажусь.

Ее видно только по плечи. Она снует по кухне, готовя все к ужину и указывая мужу, какие блюда нужно подавать первыми.

— Она уже мне нравится, – говорю я и встречаюсь с Экером взглядом, когда он садится рядом. – Она милая. – Чего не скажешь о большинстве людей, с которыми я сталкивалась с тех пор, как мы высадились на сушу.

— Ну вот, – говорит Уэллс, поставив на середину стола несколько блюд. – У нас есть жаренная на вертеле утка с капустой, картофель с чесноком и стручковая фасоль.

Оливия показывает нам две бутылки.

— И твое любимое красное и белое вино. – Экер встает и берет у нее бутылки.

— Ты всегда балуешь меня, Лив. Спасибо тебе.

Он наливает себе красного, затем наполняет мой бокал. Я беру его, делаю глоток и слишком поздно понимаю, что это ужасно и что я ни под каким видом не смогу это проглотить. Я смотрю на их вопросительные лица и выплевываю жидкость обратно в бокал. Они все смеются.

— Это ужасно, – заключаю я, вытерев жидкость с подбородка.

— Может, даже хуже, чем медовая настойка.

— Вовсе нет, – не соглашается Уэллс, сев напротив Экера. – К медовой настойке просто надо привыкнуть. И то же самое относится к вину. Нужно время, чтобы его полюбить.