Книга Убийства в пляжных домиках, страница 135 – Питер Боланд

— Ненавижу играть роль авокадо дьявола, или как там его, но есть и другое объяснение. Битси могла узнать точное время всего происходящего на пляже, находясь при этом в другом месте. – Она подняла телефон и повернула экран к ним.

Фиона и Сью не поверили своим глазам. На экране шла запись с камеры видеонаблюдения, не самого высокого качества, черно-белая, но пляж Брэнксом-Чайн был различим: горел костер, во все стороны разбегались люди от полицейских, а пожарные тушили огонь. Отметка времени в углу видео показывала 03:07 утра.

— Откуда у тебя это? – спросила Фиона.

— Мой сосед – серфер и перед каждой поездкой всегда проверяет по камерам, какие где волны. Я подумала, нет ли такой камеры в Брэнксом-Чайн, – оказалось, есть. Ее можно смотреть в прямом эфире или прокрутить видео назад интервалами по десять минут, на целые сутки назад, проверить, не пропустил ли ты огромные волны. Или, в данном случае, пляжную вечеринку с костром.

Получается, у Битси была возможность оказаться в двух местах сразу – пусть и виртуально.

— Она могла посмотреть записи, – произнесла Фиона. – Чтобы подгадать время для своего алиби.

Сью выругалась.

— Она могла услышать о костре от студентов в пабе, а потом воспользоваться этим, притворившись, что она вместе с ними на пляже, а на самом деле поехать на косу Мадфорд-Спит и устроить пожар – и каким-то образом остаться невидимой.

Дамы пересматривали записи снова и снова, отчаянно пытаясь разглядеть в толпе кого-то похожего на Битси, чтобы доказать ее невиновность. Но людей было слишком много, и на бегу лиц было не различить, учитывая качество записи.

Все трое замолчали. Битси вернулась в ряды подозреваемых.

Возможность у нее была, но это еще не означало, что она виновна. Дело в том, что никто не хотел видеть ее в этой роли: подругам нравилась беззаботная, щедрая, веселая Битси, а не та, которая могла притворяться, на самом деле являясь серийной поджигательницей. С неохотой они решили на время отложить этот вопрос. Прежде чем делать неоднозначные выводы, им еще предстояло изучить другую версию – с Энтони Оуэнсом.

На следующий день Энтони Оуэнс сидел напротив прилавка в идеально сшитом льняном костюме, с отутюженными складками во всех нужных местах и в стильной панаме. Хотя выглядел он спокойным и собранным, будто собирался оценить редкую фарфоровую статуэтку на шоу «Антиквариат»^[44], его выдавали нервные движения, то, как он дергал манжеты, и нетерпеливое выражение лица человека, который предпочел бы оказаться в другом месте.

— Я не совсем понимаю, зачем вы меня сюда пригласили. Я больше не работаю на жителей косы, и вы тоже.

Фиона, Дэйзи и Сью сидели по другую сторону прилавка. По мнению Фионы, выглядело все слишком формально – они пригласили Энтони Оуэнса просто для дружеской беседы, а не для допроса.

— Хотите фруктовый лед? – предложила Дэйзи.

Энтони отказался: судя по его покрасневшему лицу, лед ему действительно бы не помешал, но, вероятно, он не хотел рисковать своим дорогим костюмом, на который мог капнуть сироп.

— Мы все еще работаем над делом, – пояснила Фиона. – В свободное время.

— Ладно, – сказал он таким тоном, каким люди говорят «ладно», подразумевая, что все «совсем не ладно». – Но у меня такое ощущение, будто я на собеседовании.