Книга Кинк, страница 24 – Елизавета Домина

— Я пока не совсем понимаю, о чем ты. Лишь осознаю, что больше мы с тобой не увидимся.

— Это не дает тебе возможности быть здесь и сейчас и получать удовольствие от того, что происходит с тобой. Ты анализируешь. Сопоставляешь ощущения с тем, что было с тобой раньше. Так любовь не приходит.

— А как приходит любовь?

— Желаю тебе это почувствовать. А теперь нам пора домой.

Споткнувшись в очередной раз о неразобранные вещи, я дала себе слово. Завтра, обязательно завтра. Я начну свой день не с выхода на сайт. А с того, что разберу то, обо что давно спотыкаюсь. Выброшу массу ненужных мне вещей.

Прекрасное, манящее солнечными лучами утро. Полная вдохновения и желания действовать я приступила к разбору небрежно разбросанных по квартире вещей. К обеду завершила то, что откладывалось мной в долгий ящик все это время. Радость от созерцания плодов труда своего подпитывала мое игривое настроение. Как же хорошо, как просторно, и почему я так долго перешагивала через все эти нагромождения и завалы. Теперь все должно пойти намного легче и проще. «Следуй за розовым кроликом», – вспомнила я, отыскав в коробке со старыми вещами пушистого розового зайца. Забавно получилось. Ведь мне его никто не подкидывал. Наверно, я сама, мечтая когда-то о своей сказке, просто бессознательно выбрала именно его. Возможно, и людей, приходящих в мою жизнь, я тоже отсеивала по принципу несоответствия этой своей сказке. Ведь если бы во мне сработали эти же мысли в момент знакомства с Елизаветой, я бы не ощутила всего того, что было за последние три дня в моей жизни.

С сегодня я попробую начать жить немного иначе. Открыв блокнот, в котором с улыбкой на меня смотрел мой портрет, я начала писать то, что за эти дни удивило меня. За этот промежуток времени, в непривычной для меня атмосфере, с людьми, которые по-другому смотрят на привычные для нас вещи. А может, все не так. Может, если бы не образ Снежной Королевы из детства, розовый кролик и все остальное. Может, вся эта история была бы совсем иной. Елизавета так и была бы женщиной в голубом платье-футляре. Тимур – мужчиной в леопардовом костюме, а Анна – случайной подружкой с тематического сайта знакомств. То есть, если я перестаю думать о своих сказках, кто-то мне вполне может предложить взамен свое видение моего мира. И что же больше ожидает читатель. Истории о том, что извращенцы – это извращенцы или просто совокупность событий, чтобы понять, как живут другие. Без моих попыток интерпретировать то, что не совсем понятно мне самой. Может, в этом и есть свобода слова. Свобода литераторов в частности. Когда в твоей голове не срабатывает цензор в каждый момент, когда ты хочешь заглянуть под тунику мужчине и понять, как выглядит его достоинство. Или это желание тоже делает меня извращенкой.

Где она, та самая грань, где здраво, а где отклонение от нормы. Есть и другая сторона медали. Не освободилась я от цензора. В последние несколько дней им стала Елизавета. Теперь, думая о том, что будет читаемо, этим самым цензором становится в моем понимании читатель. Мужчина в розовом шарфе. Почему в розовом, задумалась я. Может, он и есть тот самый розовый кролик, и я просто следую за ним в литературном задании. О, нет, если я буду сидеть и перебирать еще и свою жизнь так же, как вещи, часть которых благополучно устроилась у двери в ожидании выноса на помойку, тогда я точно доведу себя до не очень хороших последствий. Я не наблюдательна, как сказала Лиза. До этого отправив мне письмо на почтовый ящик. Стоп, почтовый ящик. У меня же указан другой в профайле. Созданный для сайта. Фотографии пришли на личный. Надо просто вынести мусор и уже найти кандидатуру для сессии. Что-то же внутри меня отреагировало не возмущением, что я не буду этого делать, а желанием сотрудничества. Странно как-то, что в первый вечер тут же я якобы попадаю в руки вербовщика. Они такие заботливые, спасают меня и всех от ее злодейских рук. Может, стоит встретиться с Ацким Топом. Попить кофе, посмотреть, что расскажет мне он.