Книга Дневник Домины, страница 22 – Елизавета Домина

Ты можешь считать сумасшествием мысли, поэтому их при тебе я скрываю.

Я рада, что часто с тобой в темноте или с глазами, закрытыми тканью. Ты просто не видел, как слезы от счастья глаза наполняют, но я же домина.

Во мне хаотично движутся звезды.

Лишь рядом с тобой, не по книгам узнала, что каждый внутри заключает Вселенную.

Там космос, планеты и радуг сплетенье.

Во мне много масок, обликов, рисков…

Не я так хотела, жизнь научила.

С тобой бесполезно, разум не властен.

Мне очень давно рассказали о душах, когда собираются снова вселиться, они наверху договор заключают, как встретиться в мире и не заблудиться.

Кому-то блеск броши, кому-то цвет кофты. Кому-то оброненное в хаосе слово.

А мне… После тьмы от удушливых масок блеск глаз твоих рядом.

Так символично.

Сама не задумалась раньше об этом, снимая повязку, не знала, что то, что увижу, гораздо важнее.

Чем рост, вес, фигура.

Чем просто портреты.

Ты пишешь, что больше меня ты скучаешь? Тут больше иль меньше не стоит сравненья. Тут рядом всегда, ощущая, что раньше искала тебя.

Задолго до номера в тесном отеле.

Задолго до темы и поисков драйва».

* * *

Мои шаги значительно отличались от робких шагов моих в прошлом.

Дверь открылась.

— Заходи, чувствуй себя как дома, – взяв из ее руки ошейник, тихо сказала я. – Тебе он пока не понадобится. Как тебя зовут?

— Настя.

— Настя, очень приятно, ты можешь называть меня Лизой. Сегодня я устала и хочу побыстрее лечь спать, поэтому уделю тебе совсем мало времени. А где твои вещи?

— У вещи не может быть вещей, – склонив голову, негромко произнесла девушка.

— Приехали.

Меньше всего хотелось бы устранять последствия тематической деперсонализации. Процесс этот достаточно трудоемкий и требует внимания, поддержки и полного анализа причин затирания личности. Если в тибетских практиках отказ от эго происходит под полным контролем мастера, то в нашей (назовем ее условно РУ-темой) порой сталкиваешься с ситуациями, когда беспомощный, доверчивый нижний отдает массу своей энергии таким вот лжеверхним.

— Настя, сколько тебе лет?

— Двадцать один, госпожа.

— Давай договоримся, ты здесь нужна мне не в качестве нижней, я попросила отправить тебя ко мне, потому что мне нужна девушка для помощи по дому. Об этом подробно я расскажу тебе завтра. Но повторюсь, называй меня просто Лиза. Жить в условиях круглосуточного ДС я не готова.

— Поняла.

— Раздевайся, и пойдем со мной, покажу тебе ванную комнату.

Настя сняла легкий плащ, под которым она оказалась абсолютно голой.

— Интересный поворот событий. Скажи мне, а в связи с чем выбран такой дресс-код?

— Мне сказали, что так надо.

— Хорошо, повернись.

Девушка повернулась ко мне спиной, и я увидела свежие следы от ударных девайсов с рассечениями и кровоподтеками.

— Долго ждали?

— С пяти часов вечера.

— И как ты смогла сидеть на такой роскошной заднице?

Настя улыбнулась.

— Переминалась с одной половинки на другую.

— Находчивая, с чувством юмора – это плюс.

— Вы добры ко мне.

— Не обольщайся. Сегодня на вечер одолжу тебе свою одежду, так как не совсем люблю пить чай с обнаженными натурами. Завтра утром, как проснусь, поедем в магазин.

— Спасибо большое.

— Душ ты примешь прохладный, чтобы не усугублять твою цветущую алым задницу. Я принесу тебе одежду и заживляющий крем.