Книга Он мой Октябрь, страница 27 – Евгения Ник

Я думал поговорить с ней? Но понял, что скорее прибью её там же, на этой кровати. Поэтому молча, собрал вещи, оделся и вышел из номера, прикрыв дверь. Хотелось свернуть ей шею. В прямом смысле.

Как только вернулся домой — упал в кресло, потупил минут пять в окно, а потом написал короткое:

“Ты уволена.”

Отправил ей. Смешно, но в тот момент, уставившись в экран, я хотел отрубить себе пальцы за это решение, потому что, какого-то хера, несмотря ни на что, сквозь всю ярость и отвращение… она мне всё ещё нравилась. Безумно нравилась.

А сегодня с утра я приехал в офис раньше Капустиной. Сам не знаю зачем. И сейчас, сижу, поднимаю каждые три минуты взгляд на дверь и смотрю на неё. Минуту. Две. Три. Пустота приёмной давит.

Она появляется без пятнадцати девять. Тихо проходит, бросив на меня короткий взгляд. Ставит сумку на угол своего стола, снимает пальто.

— Доброе утро, — говорит, приближаясь.

Киваю, опускаю взгляд к документам. Она останавливается у стола.

— Почему? — выдыхает. — За что, Олег? Хоть скажи… просто, блин, ответь!

Долго смотрю на неё, пытаясь найти в её глазах очередную ложь, но вижу только растерянность и боль. И злость только сильнее подкатывает к горлу. Да, она хорошая актриса, ничего не скажешь.

— Проверь переписку с подругой, — тихо говорю, откидываясь в кресле. — С Мариной.

Глаза Любы округляются, в них мелькает непонимание, а потом… осознание. Она судорожно лезет в карман, вытаскивает телефон, лихорадочно водит по экрану пальцем. Щёки заливаются густым румянцем, потом белеют. Она поднимает на меня глаза, полные не слёз даже, а какого-то ужаса.

— Олег… ты это видел? Но это не…

— Не надо, — обрубаю поток её красноречия. — Собери вещи и иди в отдел персонала.

— Олег! — её голос начинает дрожать сильнее. Она дёргается и останавливается буквально в паре шагов от меня. — Да! Да, я пришла сюда не просто так! Ты мне понравился! Это правда! Но прийти и вешаться тебе на шею, вот так сразу? Это означало бы всё перечеркнуть в ту же секунду! Да, я схитрила! Но это не преступление! Я не девица, не охотница, которая…

— Замолчи, — резко встаю, и молча указываю на дверь.

Люба стоит ещё минуту, словно надеясь, что я всё же скажу что-то ещё. Но я лишь отворачиваюсь к окну. А потом слышу, как дверь тихо закрывается.

* * *

Вечером сижу в баре с Антоном и выкладываю ему всю историю, от поцелуя до сообщения в телефоне.

Он слушает, попивая виски. Хмурится. Присвистывает. На какое-то время зависает в раздумьях. А потом… начинает смеяться с каким-то ехидством.

— Ну… она сука, конечно, — заключает он. — Хитрая, продуманная, дерзкая сука. Ясное дело. Но… — он прищуривается. — Скажи же, она ведь топчик? Как специалист? Как женщина? А уж её смелости и изобретательности, можно только позавидовать.

Хмурю брови:

— Ты нормальный? И вообще слушал, что я тебе рассказывал?

— Слушал. Но тебе же она нравится? Признай, сам потёк на неё почти сразу, да? Ещё на собеседовании? И только и думал, как бы ей засадить под лисий хвостик, — хохочет он.

— К чему ты это всё?

— К тому, Олег, что будь проще. Забей хер на все свои загоны. Ты нашёл не просто умную бабу, ты нашёл равную себе. Хитрую, изворотливую, меркантильную. Которая ещё и втрескалась в тебя по уши, судя по её истерике. Это же золото, а не сотрудник, — хмыкает он. — И девушка, — добавляет с нажимом.