Книга Княгинины ловы, страница 16 – Татьяна Луковская

На ловы знатные охотники отправились вшестером: князья Димитрий и Ростислав, Первак с Пахомием, Найден и заозерский боярин Гаврила (муж грузный и оттого неповоротливый, лет сорока пяти). С собой для загона прихватили с десяток холопов и воев для охраны лошадей. Димитрий взял и своих любимых гридней - опытного следопыта Гордея и молодого Чурилу, велел им держаться поодаль, но в случае сигнала бежать на помощь.

Решено было спуститься на дно оврага и разделиться на два отряда. Одни ловчие станут дожидаться зверя в правом рукаве, а другие - в левом. Холопы, обогнув ельник с севера, гудками да бубнами, лаем собак должны загнать бурого в овраг и гнать его до развилки. И тут уж как ловчая удача выпадет: к кому медведь завернет, тот с ним бороться и станет.

Найден хотел, чтобы заозерские встали своей засадой, а чернореченские, стало быть, своей, но Ростислав воспротивился. Он пожелал быть в одном отряде с Димитрием, Первак предложил с ним поменяться. Но тут запротивился уже Найден, заявив, что за князя он головой отвечает и отойти от Ростиславушки не имеет права. Пришлось князю Чернореченскому вставать на ловы вместе с Найденом. Оба смерили друг друга холодным взглядом.

За версту до оврага всадники спешились и, оставив лошадей воям, пошли пешком. Гаврила, запыхавшийся от быстрого шага, причитал:

— На медведя зимой надобно ходить, когда он в берлоге лапу сосет. Выманил его, и только успевай, ворочай рогатиной... Вы хоть не так шибко-то идите... А весной что, бегай вон за ним по всему лесу, ноги изобьешь в кровь...

— В чем зимой доблесть-то, сонного мишку колоть? - возмутился маленький князь, молодецки размахивая рогатиной, как будто уже насаживая на нее медведя.

Из шестерых охотников в кольчуге был только Первак, все остальные беспечно махнули на это рукой. Не смогла заставить сына надеть кольчугу и Улита, долго уговаривая его.

На дне оврага отчаянным шумным потоком бежал ручей, вбирая в себя окрестную талую воду. Чтобы сбить запах, ловчие пошли вброд по щиколотку в мутной воде.

— По морю, аки посуху, - вспомнилось Пахомию.

— Ветер в спину, стало быть, как засядем, запах наш к хозяину не донесет. Не должен учуять нас, - со знанием дела заявил Гаврила, и Димитрий понял, зачем Найден потащил с собой этого увальня. Боярин был опытен на ловах. Даже медведя называл уважительно - хозяин, как это принято было у люда, жившего богатствами леса.

У развилки Ростислав выбрал десный рукав. Ловчие стали расходиться.

— Постойте, - остановил всех Гаврила, - ежели хозяин на вас выйдет, да спужавшись поворотится, так вы сигнал подайте, чтоб мы ему проход заслонить успели. А ежели он от нас повернет, то мы в рог потрубим, тогда уж вы не зевайте.

Димитрий с завистью посмотрел на уходящих бояр, ему хотелось быть в отряде с дружками да опытным Гаврилой. Вместо этого он поплелся вслед за противным Найденом и надоедливым Ростиславом.

— Вот, чую, медведь на нас выскочит, уж я его, - и Заозерский князь резанул воздух рогатиной.

— Ты за спинами нашими держись да не высовывайся, никто тебе к живому зверю подойти не даст, - грозно предупредил Найден.

Мальчик обиженно выпятил нижнюю губу и с надеждой посмотрел на Димитрия, но тот согласился с воеводой. Ростислав посчитал это предательством.