Книга Истинная для якудза, страница 75 – Эвелина Шегай

Каори склонила голову, всё ещё глядя в пол, и кротко ответила:

— Благодарю вас, оябун-сама. И за то, что держите слово, даже когда обязательства уже не требуют этого.

— Как-то грустно отпускать такую красоту, — внезапно подал голос Сатоши, на которого она непроизвольно вскинула взгляд. Не к добру он заговорил, и вот та его слащавая улыбка тоже не сулила ничего хорошего. — Возможно, нам удастся договориться с оябуном Журавлей о изменениях в наших планах?

— Ты хочешь жениться на Цурута-сан вместо Масару? — уточнил оябун с задумчивым выражением лица. — Надо организовать встречу и обсудить этот вопрос.

— У нас в клане теперь новый обычай — передавать невест по наследству вместе с должностью? — с язвительной насмешкой поинтересовался Рэн и подался вперёд. — Простите, что так нагло влезаю, оябун. Но договор с Журавлями заключался на брак со старшим сыном. Подобные перетасовки могут выглядеть оскорбительно для отца, которому не плевать на дочь. И, насколько я слышал, оябун Журавлей своих дочерей холит и лелеет, особенно после потери сыновей.

В зале повисла тишина. Каори замерла, боясь даже дышать. Она не смотрела на Рэна, потому что следила за Сатоши. За тем, как его улыбка постепенно становилась шире.

— Давно вернулся? — спросил отец, делая вид, что только что его заметил. — Уверен, нам удастся прийти к взаимопониманию с оябуном Журавлей и найти изящный выход из сложившейся ситуации.

— То есть идея дать право выбора девушке даже не допускается?

Под столом Каори ущипнула Рэна за бедро, кажется, требуя заткнуться. Но если он будет сидеть молча, её просто выдадут замуж за Сатоши. А этот урод вряд ли был даже чуть-чуть заинтересован в браке. Очевидно, что он просто развлекался, играя у них на нервах. По его довольной роже это отлично читалось.

Отец внимательно посмотрел на Каори, словно что-то взвешивая в голове, а потом вернулся взглядом к Рэну. На его лице не отражалось ничего, кроме хладнокровной оценки последствий.

— Рэн-кун, ты сейчас ведёшь себя неприлично, — мягко отчитал Сатоши. — Ещё и Каори-сан ставишь в трудное положение. Зачем всем знать о таких подробностях ваших отношений?

— Разве я ставлю её в неловкое положение?

— Прекрати, — едва слышно прошептала Каори и снова его ущипнула, из-за чего Рэн схватил её пальцы и несильно сжал в своей ладони. Он понимал, чего она боялась, и ему тоже было не по себе от мысли, что один забавляющийся оборотень мог в любой момент перевернуть их жизни. Достаточно было сказать два слова, чтобы поднялась страшная суета.

— Так, значит, ты меня предал из-за неё, — подытожил Масару, поднимая взгляд с их сцепленных рук до глаз Рэна.

— Я никогда и не был тебе верен.

Губы старшего брата искривила горькая усмешка, а в глазах застыла острая, как битое стекло, злоба

— Но и на стороне Сатоши ты никогда не был. Не поверю, что из-за обычной интрижки ты пошёл против меня. Он явно тебя чем-то другим прижал…

— Хватит, — оборвал отец и стукнул тростью о пол. — Вы достаточно меня сегодня опозорили.

Он не стал растягивать собрание, ответил на несколько вопросов от приближённых канбу и первым покинул помещение. За ним последовали и остальные члены клана. Одна лишь семья оябуна продолжала сидеть за столом, сверля друг друга взглядами.