Книга Беглая целительница для дракона, страница 27 – Виктория Серебрянская

Я кое-как поднялась, чувствуя себя столетней старухой, у которой скрипит каждый сустав. Поленья в камине за ночь превратились в груду серой золы, лишь пара красных угольков еще теплилась в самой глубине, но их явно не хватало, чтобы согреть помещение.

Поискав глазами на каминной полке, я обнаружила небольшую металлическую коробочку — огниво. На Земле я видела такое только в исторических фильмах, но память Илены услужливо подсказала, что делать. Пара резких ударов кремня о стальную пластину, сноп искр на сухой мох, аккуратный выдох — и тонкая струйка дыма превратилась в живой язычок пламени. Я подбросила мелких щепок, любуясь тем, как огонь жадно вгрызается в дерево. Магия — это, конечно, хорошо, но вот такой, «ручной» огонь, давал странное чувство победы над обстоятельствами.

Размявшись и согревшись, я направилась к высокой резной ширме в углу. Ее я приметила еще вчера, когда только вошла в комнату. Еще тогда предположила, что это подобие туалетного закутка. И не ошиблась. За ширмой действительно обнаружилась большая медная лохань, кувшин с водой (которая, к счастью, не замерзла, а была просто бодряще прохладной) и стопка свежих полотенец.

Приведя себя в порядок и смыв остатки вчерашней усталости, я замерла перед открытым шкафом, в который стараниями доброй Тильды перекочевали мои пожитки. Мужская жилетка Стефана была теплой, но пора было возвращать себе статус. Я выудила из глубин шкафа темно-синее шерстяное платье. Простое, без лишних кружев и мехов, с плотно прилегающими рукавами и высоким воротником — идеальный вариант для работы в холодном замке. Оно пахло лавандой и домом, а не кровью и гарью, и это придало мне сил.

Едва я успела застегнуть последнюю пуговицу на манжете, как в дверь коротко, но решительно постучали.

— Госпожа целительница! Вы проснулись? — звонкий голос Калеба был слышен даже через толстый дуб двери.

Я улыбнулась своему отражению в небольшом зеркале. Волосы уложены в строгий узел, платье сидит как влитое, взгляд ясный.

— Входи, Калеб!

Мальчишка вихрем влетел в комнату. Сегодня он выглядел еще более бодрым, а его нос все так же забавно краснел.

— Госпожа, лорд Грейвс велел позвать вас к завтраку! Все офицеры уже в сборе в малом зале. Тильда хотела сама зайти, но ее в лазарет вызвали — там Стефан... то есть, там раненные зашевелились, есть просят!

Я кивнула, накидывая на плечи теплый платок.

— Ну что ж, дневальный, веди. Посмотрим, чем кормят офицеров в этой крепости.

Калеб бодро вышагивал впереди, а я старалась держать спину ровно, несмотря на ноющую шею. Мы миновали пару постов — солдаты при моем появлении вытягивались в струнку, и в их взглядах я видела какое-то суеверное почтение. От этого было неловко. Я ведь не сделала ничего такого, чтобы заслужить подобные взгляды. Просто выполняла свою работу.

Малый зал встретил нас гулом голосов, аппетитными запахами и жаром от камина. На пороге я слегка запнулась, потому что при моем появлении шум стих. Не мгновенно, а волной — от входа к главе стола. Пока начальник крепости не заметил меня, стоящую у входа. Сердце неприятно сжалось. Вчерашние слова всплыли в памяти сами собой — резкие, почти дерзкие. Слишком дерзкие для человека на птичьих правах.

Во главе стола восседал Райкер Грейвс. Сегодня он выглядел безупречно: черная куртка, идеальная осанка, темные волосы, собранные в хвост, и глаза с хищным блеском, от которого становилось трудно дышать. В этой прямоте чувствовалась не просто дисциплина, а сила, которой привыкли подчиняться. Его взгляд медленно скользнул по мне и остановился, внимательный, холодный… и слишком сосредоточенный. Под этим взглядом оказалось совсем непросто сделать первый шаг…