Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 27 – Валентина Зайцева

Он уставился на тонкие лодыжки Каллума и с явным удовольствием высоко занес тяжёлый шипастый молот. Сталь блеснула холодным, мертвенным светом, отразив серые тучи, и на мгновение ослепила меня.

В этот миг реальность перед моими глазами дрогнула, как отражение в потревоженной воде. Прошлое ворвалось в сознание ледяным вихрем, принося с собой запахи старой крови и дорогих благовоний. Я вспомнила...

В прошлой жизни Каллум обожал убивать в дождливые дни. Сначала я думала, что это какой-то мрачный эстетский ритуал, свойственный его безумию, но позже узнала горькую правду: старая травма ноги ныла в непогоду так сильно, что он терял остатки рассудка и впадал в безумие от пульсирующей боли. В один из таких грозовых вечеров, когда небо буквально раскалывалось от молний, Марта случайно разбила его любимый хрустальный кубок. Я увидела, как длинные пальцы Каллума, мерно и жутко стучавшие по столу, замерли. В его расширенных зрачках вспыхнуло первобытное желание убивать всё, что движется.

Тогда я, сама не понимая, что делаю и не думая о последствиях, подошла к нему вплотную. Я шептала ему лихорадочные, нежные слова, пытаясь отвлечь его от багровой пелены перед глазами. Он мертвой хваткой схватил меня за горло — его пальцы были холодными как лёд, лицо — бледным и застывшим, словно у покойника в гробу. Казалось, только тепло моей бьющейся жилки на шее могло вернуть ему краски жизни. Но стоило ему почувствовать живой жар моей кожи, как его хватка медленно ослабла. Холодный, пронзительный взгляд смягчился, стал почти человеческим, и пальцы начали ласково, почти благоговейно поглаживать мою шею, словно он не понимал, как в таком хрупком, полупрозрачном существе может скрываться столько спасительного тепла.

— Раздевайся, — хрипло приказал он тогда, не отводя глаз.

Подавляя инстинктивное желание сбежать и запереться на десять замков, я прижалась к нему, пытаясь согреть всем своим телом его измученную очередным приступом ногу. Я впервые, словно по наитию, угадала мысли этого жестокого безумца. Когда я поцеловала его, его челюсть всё ещё мелко дрожала от сдерживаемой боли. Он почти исступленно кусал мои губы и плечи, забирая моё тепло, как жадный костер забирает сухие ветки. В ту ночь великий тиран заснул, намертво прижав меня к себе, почти ломая мою тонкую талию своими сильными руками, словно боясь, что я исчезну вместе с рассветом.

Это был единственный раз, когда «Безумный Регент» показал свою истинную, тщательно скрываемую уязвимость. Он мог сохранять ледяное, пугающее спокойствие, даже когда вражеский клинок пронзал его плечо, но эта тупая боль в раздробленной ноге... она выворачивала его душу наизнанку, превращая в загнанного зверя.

Неужели... его судьбу решили именно здесь? Его ногу сломали в этом вонючем переулке, превратив будущего правителя в хромого дьявола?! Именно сейчас, на моих глазах?!

Мои зрачки сузились до предела. Память и реальность наложились друг на друга, высекая искру озарения. Я пришла сюда, чтобы выплеснуть гнев и, возможно, оставить пару синяков на его шкуре, но я не подписывалась на то, чтобы быть свидетельницей рождения монстра. Если я позволю этому молоту опуститься, я своими руками создам того Каллума, который меня погубит. Какая ироничная ловушка судьбы: чтобы спастись от тирана, я должна спасти его самого.