Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 146 – Валентина Зайцева

Она не могла знать, что я не лгал. Но откуда ей было знать, что в тот день я не ждал спасения?

Когда я уже решил промолчать, мой голос, лишённый всяких красок, сам сорвался с губ: — Меня предали. Ранили на Арене Зверей, а клинок был смазан смертельным ядом.

Тьма, которую я запечатал глубоко внутри, на мгновение треснула, пропуская тонкий луч света. Я позволил ей мельком увидеть ту чудовищную правду, в которой я задыхался годами. Интересно, какую жизнь, по её мнению, я вёл до встречи с ней?

— Что это за выражение лица, госпожа? — прервал я её мысли, переходя на ленивый, тягучий тон.

— Сострадание, — Элара подняла на меня свои ясные глаза, даже не пытаясь скрыть то, что чувствовала.

Насмешка в моём взгляде на миг померкла. Я долго смотрел на неё, не в силах вымолвить ни слова. Это чувство было мне незнакомо, оно жгло сильнее яда.

— Я принимаю благодарность госпожи, — наконец произнёс я ровно. — А теперь вам пора отдыхать.

Фонари в коридоре начали гаснуть один за другим. Ночь вступала в свои права. Элара кивнула и сделала пару шагов к своей комнате, но вдруг замерла.

— Вейн, — позвала она.

— Хм? — отозвался я, не шевелясь.

— Твоя история... она ведь не закончена.

Она стояла в угасающем свете ламп и смотрела на меня через плечо.

— Чем закончилась сказка о волчонке и его матери?

Она всё ещё помнила ту чепуху, которую я сочинил на складе, чтобы отвлечь её от действия афродизиака. Я замер, потёр кончики пальцев, делая вид, что всерьёз обдумываю ответ.

Но она ответила за меня.

— Мать волчонка... вероятно, вонзила кинжал в собственное сердце. А волчонок прожил остаток дней в одиночестве и боли, так ведь?

Я подавил смешок, рождавшийся в самой глотке, и спросил в ответ: — Разве во всех сказках матери не поступают именно так?

* * *

Элара Валериус

Я смотрела в его глаза и не видела в них ни тени улыбки — лишь колючую, ледяную издёвку. В моей прошлой жизни Каллум собственноручно стёр всё, что связывало его с прошлым, не оставив ни единого упоминания даже о своей матери, госпоже Алаире. Неужели она действительно принесла себя в жертву, чтобы подарить ему призрачную надежду на жизнь? Или всё было куда мрачнее?

Я чувствовала, что в его рассказе не хватает какого-то важного фрагмента, скрытого во тьме.

— Нет, всё должно закончиться иначе, — я подняла на него спокойный взгляд и заговорила тихо, но с абсолютной уверенностью. — Волчонок пройдёт через множество испытаний и встретит на своём пути добрых людей. Со временем он станет сильным, мудрым и непобедимым.

Это был тот финал, который я выбрала для него в этой жизни.

Эта ночь казалась мне идеальным моментом для искренности. В моих глазах не осталось и следа той тьмы, что преследовала меня в кошмарах. Я долго всматривалась в безмолвное, застывшее лицо Каллума, пока наконец мои губы не тронула лёгкая улыбка.

— Я уже говорила тебе: поместье Валериусов — это не Арена Зверей, и мы не враги. Это обещание всё ещё в силе.

Ветер качнул ветви деревьев, и алые лепестки, сорвавшись, закружились в воздухе, бесшумно оседая на камни.

Я знала, что Каллуму это кажется смешным. Кто я такая, чтобы давать обещания от имени всей семьи? Но он не смеялся. Разум наверняка шептал ему, что нужно немедленно задушить любое чувство, способное поколебать его решимость. И всё же в этот миг я видела: он тоже жаждал этого призрачного «всегда».

Я вернулась в свою комнату, совершенно не заботясь о том, что он мне ответит. Пусть он остаётся осторожным и бессердечным — пока ставки, которые я предлагаю, достаточно высоки и искренни, у него не будет причин для отказа.

При мысли об этом на моём лице расцвела расслабленная улыбка. Сегодняшний разговор в галерее стал для меня проверкой: я многократно касалась его запретного прошлого, испытывая границы дозволенного. То, что он не вцепился мне в горло с намерением убить, как это случилось бы в моей прошлой жизни, уже было великой победой.

То, чего я добиваюсь, нельзя получить в одночасье. Но семя уже брошено в землю.

Конец первой книги.

Продолжение следует….