Книга Цветы для ведьмы, страница 114 – Фиона Моран

Герда шла первой. Пальцы плотно сжаты в кулаки. Она ступала уверенно, не глядя под ноги, — тело помнило каждый изгиб тропы.

Они подошли к огромной старой Иве, что склонилась к земле. Длинные гибкие ветви спускались до самого снега. Снег был чистым, нетронутым. Слабый голубой свет огоньков падал на деревянный крест, торчащий из земли.

Герда остановилась в трёх метрах от дерева. Тень Ивы заканчивалась ровно у её ног.

— Столько раз сюда приходила… — произнесла она шёпотом. — А сейчас не могу даже глаз поднять.

— И не поднимай, — Ян сделал шаг вперёд. — Я сам. Только не уходи. Мы должны быть вместе.

Он подошёл к кресту, обхватил его обеими ладонями и с силой потянул вверх. Дерево не поддалось. Толстые корни крепко оплели основание креста под землёй. Ян перенёс тяжесть на левую ногу, наклонился вправо, затем влево, расшатывая дерево. Раздался громкий треск ломающихся корней. Ян выдернул крест и отбросил его в сторону. Гнилое дерево с глухим стуком упало на снег.

Герда стояла спиной к Иве. Смотрела на висящие в воздухе голубые огоньки, на чёрные стволы деревьев, на небо. На что угодно, только не на могилу.

Ян опустился на колени. Лопаты не было. Он достал из-за пояса нож, воткнул лезвие в землю и с силой потянул на себя, выковыривая куски твёрдой почвы. Лезвие скрежетало по льду. Ян бросил нож и начал рыть землю голыми руками. Кожа на подушечках быстро онемела от мороза. Ян срывал ногти о камни и твёрдые корни. Кровь смешивалась с грязью на ладонях. Дыхание стало частым, с хрипом, а руки горели от напряжения.

Лезвие ножа чиркнуло по истлевшей ткани с глухим звуком. Ян замер.

— Холстину, — произнёс он громко, не поворачивая головы. — Дай.

Герда вытянула правую руку за спину. Ян разжал пальцы, протянул окровавленную ладонь и выхватил из её руки большой кусок чистой льняной ткани.

Затем опустил обе руки в вырытую яму. Осторожно, медленно подсунул ладони под останки. На ладонях лежали лишь несколько сухих костей, прах и истлевшая ткань. Ян медленно поднял руки из ямы и положил останки на расстеленную холстину. Завернул ткань плотными слоями.

— Всё.

Герда медленно повернулась. Глаза её опустились на свёрток, лежащий в грязных, покрытых запёкшейся кровью руках Яна.

— Это всё, что осталось? — спросила она ровно.

— Да.

Герда протянула обе руки вперёд ладонями вверх. Ян положил свёрток. Она обхватила ткань пальцами, согнула локти и плотно прижала его к груди. Наклонила голову и уткнулась лицом.

Одна прозрачная капля выкатилась из её левого глаза. Слеза быстро скатилась по белой щеке и упала на ткань, мгновенно впитавшись и оставив тёмное мокрое пятно.

— Прости, — произнесла Герда, не отрывая лица от свёртка. — Я осквернила твою смерть своей надеждой. Дура я. Прости меня, сестра. Прости, пожалуйста.

Она стояла неподвижно. Ян не считал сколько — просто гладил ее спину. Затем она выпрямилась, разогнула локти и протянула свёрток Яну.

— Жги, — голос её был твёрдым. — Пусть уйдёт. Пусть станет свободной.

Ян развернулся. Подошёл к Иве, ухватился за сухие ветви и с силой потянул вниз. Ян сложил ветки на расчищенном снегу. В центр положил белый свёрток, обложил его сухим мхом и кусками бересты, достал кресало и ударил кремнем по огниву. Пламя занялось не сразу. Оно было слабым, дымным, сырое дерево громко шипело. Через минуту огонь разгорелся. Яркое горячее пламя с гулом взвилось вверх.