Книга Истинная для льва. Трудности оборота, страница 84 – Римма Кульгильдина

— Ты обернулась, пока спала, — шёпот Матариса опалил ухо, а пальцы его чуть сжались, запуская внутри меня ликование.

Пресловутые бабочки защекотали крыльями не только в животе, но и по всему телу, запуская волну сладострастной неги. Дыхание перехватило. Я распахнула глаза.

Комната утопала в солнечном свете.

Подняла голову. Упёрлась ладонями в плечи Матариса и чуть подтянулась наверх, скользнув собою по его груди и обвивая ногами его бёдра. Закусила губу и с хитринкой уставилась глаза в глаза. Отметила про себя с радостью, что, если принц и не торопился говорить словами, что рад мне — его естество желания не скрывало.

Качнулась бёдрами, провоцируя, и тут же была схвачена обеими руками. Я наклонилась над ним. Стёрла с лица своего улыбку и облизнула вмиг пересохшие губы. В глазах принца полыхал огонь. Зрачок затопил радужку и стал отливать золотистым цветом. Ладони с нажимом скользнули вверх с ягодиц на талию, крепко прижимая меня к нему.

— Я поцелую тебя сейчас, — предупредила, опуская голову ниже.

Широким жестом прошлась языком по его губам, срывая стон. Коснулась губ на пробу коротким поцелуем, чтобы в следующую секунду ощутить себя захваченной в плен.

Матарис согнул колени, ещё больше раздвигая мои бёдра, прижал к себе и ворвался в мой рот, глотая всхлипы и стоны. Он не нежничал — завоёвывал. Клеймил и заявлял свои права, а я готова была сдаться. Открыться ещё больше. Довериться и пустить его в себя всего. Отдаться полностью и принять всё, чем он поделится. До капли. Выпить его наслаждение до последнего глотка.

Резкий стук в дверь остановил нас, и из горла Матариса раздался злобный рык.

— Друзья мои, — раздался с той стороны невозмутимый голос Выскочки.

— Пошёл прочь! — взревел принц.

— Понимаю, что не вовремя, — спокойно продолжил свою речь Арис, — но прошу воздержаться от э-э-э сексуальных утех. Спонтанный оборот, к которому вы оба сейчас подвержены, очень неприятная штука в этом процессе, — Выскочка тяжело вздохнул. — Уж поверьте моему опыту.

Он смущённо прокашлялся и продолжил из-за двери:

— Если Лилу ещё сможет, скорее всего, удержать себя, то ты, Матарис, не сможешь. Не сейчас. Нужно сначала стабилизировать твоего зверя, а значит, никаких сильных эмоций.

Он замолчал, а мы с принцем переглянулись.

— Эй! — голос Ариса стал взволнованным. — Вы меня слышите?

— Уйди, Выскочка! — рыкнул Матарис. — Я никогда тебе этого не забуду!

— Ой! Да пожалуйста, — беспечно воскликнул Арис и коротко хохотнул. — Но поверь моему печальному опыту…

— Сгинь! — ещё громче крикнул Матарис, а я, не сдержавшись, уткнулась ему в плечо и рассмеялась.

— Уже ухожу, — доложил Арис и, громко топая, отошёл от двери.

Я подняла голову и посмотрела на Матариса, кусая губы и улыбаясь. Тот печально смотрел в потолок.

— Вот же блохастый кусок шерсти, — пробормотал он сокрушённо. — И опять-то он прав. Я действительно чуть было не выпустил зверя. Советником, что ли, его сделать, пусть отдувается.

— Академия его не отпустит, — сказала посмеиваясь.

Матарис поморщился. Тяжело вздохнул и только после этого посмотрел на меня. Сейчас глаза его были привычными: серая, мерцающая дымка.

— Я так люблю тебя, Матарис, — вырвалось из меня признание, и сразу стало легко и покойно от этих слов, словно много лет на моей душе лежал тяжёлый камень, а теперь я его сбросила. — Всегда любила.