Книга "Лучший" папа, страница 7 – Виктория Вишневская

— Пап, — зовёт он дрожащим голосом.

— Так папа… — шепчу я, поражённо глядя на мужчину. — Ты ещё и сына своего этому учишь?

Вот народ пошёл!

Я резко хватаю телефон, быстро захожу в камеру и щёлкаю этого извращенца, стараясь, чтобы в кадр попало его лицо.

— Жди себя в сети, папаша, — зло выпаливаю ему, с трудом сдерживаясь. — Под заголовком: «Отец-извращенец учит своего сына, как подкатывать к девушкам». Фу!

Трясу перед ним бейджем журналиста, висящим у меня на шее на красном шнурке. Пусть знает, на кого нарвался.

— Нет, ты адекватная? — доносится до меня его возмущённый голос, но я уже не слушаю.

Я хватаю свою бутылку воды, прикладываю карту к терминалу, и, не оборачиваясь, быстро ухожу прочь, чувствуя, как щеки пылают от злости и стыда. У меня времени в обрез!

Скачу по всему парку, петляя между людьми и киосками, недовольная и раздражённая из-за того, что сделал тот мужик. Главное — на сына своего всё скинул! Но мальчишка такой милашка — я бы ему всё простила.

Так, Кира, сосредоточься на работе!

Подбегаю к главному аттракциону, запыхавшаяся, и замечаю, как люди уже расходятся, кто-то лениво тянет за собой воздушный шарик, кто-то доедает сахарную вату.

Не поняла?..

— Малинина! — раздаётся за спиной резкий голос. Я вся покрываюсь мурашками, будто меня окатили ледяной водой. — Где ты ходишь? Ты всё пропустила!

— Да я… — начинаю оправдываться, запинаясь.

Это всё из-за того мужика! Не задержал бы он меня — я бы успела!

— Ещё один такой раз, и…

— И что? — выгибаю бровь и скрещиваю руки на груди. — Уволите?

А ничего, что я батрачу, как проклятая, гоняя по всему городу, делая фотографии, и пишу статьи?

И он сам должен это понимать! И судя по морщинке по его лбу, прекрасно всё осознаёт.

— Вычту ползарплаты.

— За опоздание?

— За несвоевременную подачу статей!

— Да пошёл ты, — выплёвываю, снимая своё бейдж. Вручаю ему. — Достал уже, вечно недовольный павлин.

Без него разберусь. А вот справится ли его мелкое агентство с акулами бизнеса — я ещё посмотрю.

Зато теперь я свободна. И могу смело попробовать себя в холдинге Лазарева.

О нём в нашей сфере только и говорят: собрал у себя самых проворных и говорливых. Ты только на место приезжаешь — а от него уже статья выходит. Гад.

И я хочу к этому гаду.

Поэтому с гордо поднятой головой сейчас ухожу от павлина. Мне всё ещё нужно найти немного материала для статьи, а на днях поеду на собеседование.

Листаю на ходу телефон, заглядываю в галерею. И улыбаюсь при виде фотографии красавчика-извращенца.

Одна статья у меня уже есть.

— Что за подстава? — шепчу, схватившись за щёку. Щека горит, будто кто-то приложил к ней горячий утюг.

Слышу тихие всхлипы возле своей ноги. Опускаю взгляд — Тимка сидит на корточках, уткнувшись лбом в мои ноги, плечи мелко дрожат.

— Постииии, — хнычет он, прикрывая голову руками, будто прячется от удара. — Я посе так не будуууууу.

Резко присаживаюсь рядом, чувствуя, как внутри всё сжимается. Истерика уже на подходе, это видно по его сжимающимся кулачкам и дрожащим губам.

Но больше всего пугает, как он закрывается, будто я и правда собираюсь его ударить.

— Ты чего? — осторожно беру его за запястья, мягко опускаю его руки вниз. — Ну, бывает. Просто в следующий раз так девушек по попе не шлёпай, ладно? А то у меня лицо раздует, как у хомяка.