Книга Тринадцатый. Мой любимый номер, страница 99 – Верона Виера

— Ты что, до парка на тачке ездишь? – Усмехаюсь. – Тебе же недалеко.

— После того, как выиграл поездку на соревнования, батя разрешает по вечерам кататься. Набираюсь опыта. Знаешь, как девчонки на тачку ведутся?

— Умом надо брать и харизмой! – смеюсь, повторяя батины слова.

— Харизма – прошлый век, а умом никого не удивишь, – умничает Алик.

— Ладно, согласен, с тачкой беспроигрышный вариант.

Карамян садится за руль, Алиханов рядом, а я на правах провокатора – сзади.

— Молиться надо или норм водишь?

Хлопаю дверью и пристëгиваюсь на всякий случай.

— Нормально. Права недавно получил.

— Купил, – гогочет Алиханов.

— Сам сдал, не гони. Батя просто подстраховал. Адрес какой?

Я диктую и Карамян вводит его в навигатор. Уже вечер, город небольшой, а пробки давно рассосались, поэтому женский голос определяет время пути как полчаса.

Парни тоже пристегиваются.

Сняв с ручника, Роберт сдаёт назад, и вырулив на дорогу, переключает передачу и резко давит на газ. Слишком резко.

От его внезапности вжимаюсь в спинку и хватаюсь за ручку под потолком.

— Ну что, погнали выручать Барсука? Алик врубай нашу.

Ожидая услышать что-то кавказское, я вздыхаю и заранее сочувствую ушам, но Алиханов включает Eminem – Without Me. Неожиданно и только улучшает настрой на удачный исход.

* * *

Вместо получаса мы на месте минут через сорок пять, потому что светофоры никто специально для нас не отменял.

Бросив машину на неосвещенном участке дороги, воинственно настроенные на победу, мы идём по тропинке вдоль забора. Местность сама по себе неприятная: фонари горят через раз, кругом одни склады и заборы. Трасса, с которой мы свернули находится в километре отсюда. В атмосфере растворяются звуки проносящихся по ней машин, похожие на реактивных пчел. Жизнь там, на ней и за ней – в миллионах огней многоэтажных домов, а здесь тишина, если не считать доходящего эха моторов и шума реки по другую сторону, деревьев почти нет, только редкие кустарники. Дорога с трассы вполне себе сносная – асфальт, хоть и с ямами. Роберт матерился нечасто, по невнимательности поймав несколько колесом.

Парни накинули куртки, потому что похолодало нереально. Земля подмерзла и это радует – крадемся не по грязи. Ветер завихрениями бьёт то в спину, то в лицо и, почти как тренер, заряжает закончить бой побыстрее. Собаки лают где-то вдалеке, похоже нас учуяли. Но за забором, вдоль которого идëм, тишина. И это для нас огромный плюс. Меньше шума и навыки бега, возможно, нам не пригодятся. Странно, что такую огромную территорию ржавый охраняет без собак.

Остановившись, мы прикидываем сможем ли перелезть через трёхметровый забор, и понимаем, что нет. Поэтому ищем дырку, но заметив невысокую фигуру вдалеке, прячемся в тени.

«Восточный экспресс» запросто сливается с забором из-за своей смуглой от природы кожи, а мне приходится накинуть капюшон, чтобы не светить волосами пшеничного цвета.

Подозрительный тип слишком часто озирается, будто за ним идёт слежка, а затем останавливается у ворот и там же, видимо, калитка, потому что дёрнув за ручку, он с лёгкостью её открывает и ныряет на территорию.

— А что, так можно было? – еле слышно усмехается Роберт и мы, переглянувшись, крадемся туда же. Но приходится снова остановиться на тёмном участке. Впереди неожиданно из-за угла появляется ещё пара фигур. Эти крупнее на голову предыдущего, но из-за темноты лиц не разобрать и они в капюшонах. Как члены тайного общества, они тоже постоянно озираются и, подойдя к калитке, также беспрепятственно заходят.