Книга Между (не)придуманная история, страница 100 – Луна Рэй

Иногда в голове всплывал голос Насти — знакомый, резкий, уверенный:Да брось. Интрижка. Не более. У тебя их ещё будет миллион. Живи спокойно.Алёна каждый раз словно внутренне качала головой.

— Нет, — думала она. — Это не про меня. И ты это знаешь.

Дело было не в Маттео. И не в интрижке. И даже не в любви в привычном смысле.Дело было в том, что она проснулась.

Это слово сначала пугало. Потом раздражало своей пафосностью. Но другого она подобрать не могла. Как будто раньше она жила на автопилоте — правильно, логично, «как надо», — а теперь вдруг начала слышать себя без фильтров.И в этом состоянии было что-то новое: мягкая сила, спокойная уверенность, женственность без попытки понравиться, интерес к жизни не как к списку задач, а как к процессу. Ей нравилось это ощущение. Но она не понимала, что с ним делать.В один из таких вечеров, когда мысли снова начали ходить по кругу, Алёна вдруг поняла: она избегает очевидного. Она уже давно знает, куда идти, когда нужно не решение, честность. Она достала колоду. Не спеша. Без тревоги.

Без запроса «что будет» или «что делать с ним».Она просто села за стол, зажгла небольшую лампу и задержала ладони над картами. И прежде чем начать, поймала себя на неожиданной мысли:

— Я хочу спросить про себя, — тихо сказала она.Она тщательно сформулировала вопрос, словно боялась солгать самой себе:

— Что со мной происходит сейчас? Какая трансформация во мне запущена? Что во мне раскрывается?

Карты ложились спокойно, без резких жестов, будто знали, что спешка здесь неуместна.

Верховная Жрица. Алёна усмехнулась — не иронично, а почти тепло.

— Конечно, — пробормотала она. — Конечно, ты.

Это было не про тайны от других. Это было про внутреннее знание. Про умение слышать. Про тишину, в которой рождаются самые точные ответы.Императрица. Она задержала на ней взгляд дольше.Женственность. Телесность. Плодородие — не обязательно в буквальном смысле, а как способность создавать: состояния, смыслы, пространство вокруг себя.

— Вот откуда это… — подумала она. — Вот почему я так это чувствую.

Третьей картой легла Сила. Не агрессивная, не напористая. Тихая. Внутренняя. Та, которая не доказывает, а просто есть.

Алёна откинулась на спинку стула и позволила себе просто посидеть с этим.— Значит, я не схожу с ума, — сказала она сама себе почти с улыбкой. — И это не побочный эффект усталости.

Карты не говорили ей, что делать. Они не подталкивали ни к какому решению. Они лишь подтверждали то, что она уже чувствовала:в ней действительно идёт трансформация.

Она раскрывается. И это не связано напрямую ни с одним мужчиной. Маттео был скорее катализатором. Триггером.

Точкой, через которую что-то в ней щёлкнуло и вышло на поверхность.Алёна закрыла колоду и вдруг почувствовала спокойствие. Не уверенность в будущем — нет. Но уверенность в себе.

— Мне не нужно сейчас выбирать, — сказала она вслух. — Мне нужно понять, кем я становлюсь.

И это понимание впервые за долгое время не пугало.Наоборот — в нём было предвкушение.

Алёна больше не пыталась спорить с собой. Она приняла решение тихо — без драматических клятв, без истерик, без показного героизма. Просто в какой-то момент внутри стало ясно: она вернётся.

Вернётся в Гватемалу.

Не потому что там Маттео.

И не потому что там Хавьер, с которым она, к слову, помолвлена.