Книга Только с тобой, страница 262 – Э. Сальвадор

— Но я пригласил тебя не для того, чтобы пережевывать ту часть твоей жизни. Знаю, ты хочешь оставить это позади, и я тоже. Я готов отпустить все. Я готов наконец начать жить, но не смогу этого сделать, если ты будешь продолжать появляться в моей жизни, когда это удобно тебе, и вести себя так, будто прошлого не было.

Джон фыркает, быстро моргая.

— Это неправда. Я так старался быть частью твоей жизни, но ты не позволяешь мне. Я стараюсь, Лэндон. Правда стараюсь.

Я вздыхаю.

— Ты вернулся в мою жизнь только потому, что позвонили и сообщили, что мама умерла. Ты появляешься только тогда, когда я месяцами игнорирую тебя. Или когда мне что-то вручают за достижения. Могу перечислить каждый раз, когда ты появлялся, и ты знаешь, что я смогу. Я выбираю не делать этого, потому что мне просто все равно, Джон. Я готов двигаться дальше, потому что устал, и просто не хочу больше так себя чувствовать, — я выдыхаю, чувствуя истощение. — Не хочу смотреть в зеркало и ненавидеть себя за то, что не был ни для мамы, ни для тебя первым выбором. Так что, пожалуйста, просто отпусти, потому что мне это нужно. Я умоляю тебя, просто двигайся дальше.

Боль искажает его лицо, челюсть сжата, костяшки пальцев побелели.

— Лэндон, пожалуйста, мы можем все исправить...

— Пап, послушай его, — на этот раз вмешивается Эштон, что шокирует меня, потому что это не звучит и не чувствуется враждебно. — Он хочет, чтобы ты отпустил. Послушай его.

— Мы можем не говорить об этом? — умоляет он, глаза сияют отчаянием.

— Нет, я пригласил тебя, потому что готов попрощаться, — я встаю и протягиваю ему руку. — Спасибо, что заставил меня переехать. Это помогло найти себя, и девушку, на которой я однажды планирую жениться.

Он колеблется, но, когда Эштон толкает его локтем, встает и пожимает мою руку.

— Ты уверен?

— Уверен, — я убираю руку обратно, и, после короткой паузы, провожаю их к двери. Джон смотрит на меня в последний раз. Его лицо искажено раскаянием, но, к счастью, ничего не говорит.

Эштон задерживается в дверях. Его рот приоткрыт, глаза вглядываются в мои.

— Извини... увидимся на площадке.

Коротко кивнув, закрываю дверь и громко выдыхаю, наконец чувствуя себя свободным. Позволяю себе насладиться этой свободой лишь секунду, а затем сам выхожу за дверь.

Сегодня у Джулианны день рождения, и я кое-что для нее запланировал.

* * *

— Эй, как прошло...

Я обнимаю ее за шею, пальцы вплетаются в золотистые шелковые пряди волос, а губы прижимаются к ее промерзшим губам. Джулианна вздыхает мне в рот, но этот тихий звук тонет в поцелуе. Ее тело приникает к моему, руки обвиваются вокруг талии, а язык исследует мой рот.

Я теряю себя в ней, ощущая привкус шоколада на ее языке, вдыхая сладкий аромат ее духов, чувствуя гладкую кожу. Наслаждаюсь всем этим, но недолго, потому что мы в университетской библиотеке. Здесь есть камеры и охранник, который обходит этажи.

— С днем рождения, Любовь, — хрипло говорю в ее уже согревшиеся губы. — Прости, что опоздал.

— Спасибо, — выдыхает она и смотрит на меня. — Отныне я буду принимать извинения только такими поцелуями. Но не извиняйся. Я ждала недолго.

Я ухмыляюсь, целую в лоб, отпускаю, беру ее руку в свою и веду к лифту.

— Все равно прости. Ненавижу, что не видел тебя весь день, но игра...