Книга Одиссея Тёмного принца, страница 47 – Ольга Силаева

— Тебя никогда не называли занудой?

— Ну разве что какая-нибудь не особенно вежливая девица, – невозмутимо произнёс Дир. – Кстати, ты взяла купальник?

— Нет.

— Вот и я нет.

Они выплыли почти на середину озера. Дир одним красивым движением открыл вторую бутылку вина и протянул бокал Таиссе. Вино таинственно поблёскивало в звёздном свете, ночь манила, и, если забыть…

К чёрту! Она забудет. До утра у неё есть полное право не думать ни о чём.

В корзинке для пикников, притаившейся на дне лодки, прятались крошечные канапе с манго. Таисса откусила волшебное воздушное тесто и прикрыла глаза.

Жизнь продолжалась. Её мать, красивая и бесконечно талантливая, заново нашла себя в театре и, возможно, ещё вернётся в кино. Миллиарды людей творили, влюблялись, наслаждались рассветами и закатами, путешествовали и делали мир лучше. Даже оставшись человеком, Таисса продолжит быть собой.

В конце концов, те, кто противостоял им, тоже были людьми. И если у них получилось устроить подобную встряску остальному миру, не имея сверхспособностей, у Таиссы получится их остановить.

— И ещё об одном мы должны помнить, – произнесла Таисса вслух, отпивая из бокала. – Лекарство может оказаться страшнее болезни. Представь, если доступ к противоядию получит только одна группа. Совет, например.

— Миром будут владеть они, так или иначе, – негромко отозвался Дир.

Он встал, небрежно сбрасывая одежду на дно лодки.

— Но не будем о грустном. Завтра будет завтра. Искупаемся?

Таисса проследила за тем, как красиво он входит в воду, почти не поднимая брызг. Поставила бокал на дно лодки. И улыбнулась.

Минуту спустя, сбросив топ и шорты на дно лодки рядом с босоножками, она спрыгнула в воду. И чуть не взвыла: вода успела здорово остыть, а защиты Тёмной у неё больше не было.

Но несколько гребков спустя Таисса начала согреваться. Голова прояснилась, и купаться в лунном свете оказалось необыкновенно легко. Тело вновь почти ничего не весило, и, прикрыв глаза, Таисса могла бы представить, что летит.

Горячие руки обняли её за талию.

— Согреть?

Таисса откинула голову ему на плечо.

— Ну, если ты подогреешь воду в озере градусов на десять…

— Узнаю изнеженную Тёмную.

Дир коснулся губами её шеи.

— Всё будет хорошо, – тихо сказал он. – Мы найдём противоядие. Хотя бы для того, чтобы вернуть тебе способности.

Глаза Таиссы зажглись:

— Правда?

— Конечно. Вот только… – Дир помолчал. – Что будет потом? Всё станет точно так же, как и раньше? Тёмные вернут способности лишь себе? Совет сядет за стол переговоров с кем-то вроде твоего отца и вместе они заново разделят зоны влияния? А может быть, возникнет новый Совет, где будут присутствовать и Светлые, и Тёмные?

— Я бы хотела этого, – тихо сказала Таисса. – А чего бы хотел ты?

Дир очень, очень, очень долго молчал.

— Я не знаю, – наконец сказал он. – Слишком много факторов, слишком много точек зрения. К примеру, ты считаешь, что способности – всё равно что умение дышать, и если можно их вернуть, нужно сделать это немедленно. Это очень цельная точка зрения, которая ставит милосердие во главу угла. Кому-то вроде Вернона Лютера захочется раздать противоядие Тёмным, а не Светлым, и странно ожидать от него другого. А я… Таис, всё очень неоднозначно. Когда я мог подчинить себе весь мир спутниковой сетью внушений, мне было легко поделить мир на чёрное и белое. Но сейчас… сейчас в игре не волшебная палочка, принцесса. Сейчас на ломберном столе ящик Пандоры. И даже я не знаю, что внутри.