Книга Единичка, страница 64 – Элла Чак

— Но это ненаучно, Смит. Никакие бревна из воздуха не появляются. Кто-то его бросил. Вы просто не видели кто.

— Права! – вскинул он руки. – На сто процентов права, Нэл! Мы не видели, кто… потому что не могли увидеть. Но я точно знаю: там был кто-то. Энергия человека… что-то такое же живое, как ты сейчас. Я чувствовал… то же самое, – выпучил он глаза.

— Что чувствовал? Ужас?

— Нет же… какое-то чертовски сильное тепло!

— У тебя был жар от нервного перенапряжения. Это хотя бы научно.

— Возможно! – почесал он задумчиво голову. – Или нас спасла какая-то фигня, которую твоя наука пока не объяснила!

Нэл толкнула спиной прозрачную дверь с надписью «выход». Кожу обдал влажный пар сумеречного леса. Первые грозы уже гремели по вечерам.

— Полугодовые ливни вот-вот зарядят, – посмотрела она на небо, вдыхая полной грудью, а на выдохе свистнула.

Пока ждали Либери, Нэл спросила про главное:

— Кайл говорил что-то про ромашковые поезда. Не знаешь, где это?

— Короткая тропа вон там. Держись севернее на три градуса и найдешь минусовую железную дорогу.

Либери обрадовался, увидев Нэл. Разрешил почесать себя за ушами, вытягивая морду к мешку с клевером. Подвяленный корм был сладким и хрустящим.

Смит развязал тесемку:

— Угощайся, парень! – прижал он ладонь к горячему боку животного. – Интересно, почему мы не минусим животных?

— Их геном отличается. Другое строение белка, даже у шимпанзе оно совпадает с человеком на девяносто девять процентов. Бета-один действует только на людей.

— Ты просто ходячая энциклопедия, Нэл!

— Я много книжек прочитала, пока пряталась.

Иногда Нэл просто знала ответ. В конце концов, Нестор – ее дедушка. Что-то гениальное должно было передаться и ей.

— Держись гряды, – ткнул Смит в алые, полыхающие закатом горы, – иди все время прямо. Не потеряешься!

— А почему они ромашковые? Ну, поезда?

— Сама увидишь!

Смит закинул в рот пластинку жвачки и удалился обратно в Штаб.

Довольно быстро Нэл засекла первые следы. Срезанные ножами широкие листья лопухов, сорванные ягоды малины, исчирканный бутсами корень орешника… кто-то об него споткнулся. Нэл коснулась рукой сока на корневище. Совсем недавно здесь прошли люди.

— Еще не клеится между пальцев, не сахарится… свежие следы.

Нэл прибавила шаг. Она собиралась догнать Лею, Кайла и Рудо, но нужно подойти незаметно, чтобы не выдать себя. Слишком много набралось секретов. К тому же Кайл наверняка разболтал друзьям про убийство красной жабы. Теперь и остальным врать придется… Лучше просто спрятаться и подслушать их болтовню.

Деревья росли редко, пока не появился просвет с широкой низиной. Укрывшись, Нэл заметила обвитый вьюнами металлический мост, который спускался к рельсам. Пути заросли травой по пояс. Словно нотный стан, их исчерчивали опрокинутые вагоны минусовых поездов, пожираемые лесом.

Могучие платаны и мангубы вздыбили составы, насадив вилами на корневища. Кустарники окутали крыши, ветви распороли окна. Вьюны плюща обвили металл удушающими объятиями.

— Так… Ну, а ромашки-то где?

Ни одного цветочка не видно. Нэл спустилась по заросшей лестнице с узкой тропинкой в центре. Следы трех пар ног вели вперед. На влажной земле отпечатки резиновых бутс легко считывались. Поворот, еще один, и Нэл услышала голос Леи: