Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3, страница 181 – Валентина Зайцева

У моего Безумного Регента явно лопнуло терпение. Одним резким, собственническим движением он рывком рванул меня на себя, полностью заключая в свои удушающие, неистовые объятия, из которых невозможно было вырваться. Каллум сжал руки на моей талии так крепко, словно пытался физически удержать саму мою душу, не позволяя мне сделать даже вдох, и опустил подбородок на мою макушку, бережно и одновременно жадно потираясь лицом о мои мягкие волосы.

Он не произнёс ни слова. Я знала, что на его губах никогда в жизни не зазвучит жалкое, человеческое «прости» — монстры вроде него просто не умеют извиняться перед этим миром. Но эта отчаянная, до боли сильная хватка, это бешеное биение его сердца и безмолвное, обжигающее тепло были его единственным, самым искренним раскаянием. И я его приняла.

— Ты обречен, — глухо, уткнувшись лицом в его широкую грудь, пробормотала я, чувствуя, как злость окончательно капитулирует перед его скрытой уязвимостью. В моём голосе искренняя покорность судьбе сейчас странно смешалась с чистым, капризным кокетством. — Теперь я намертво привязана к тебе, мой маленький безумец.

В ответ Каллум сжал меня ещё сильнее, казалось, едва ли не до хруста в костях. Я физически ощущала, как внутри него бушует нестерпимое, пугающее желание буквально растворить меня в собственной крови, навечно вплавить в свои кости и навсегда спрятать от этого проклятого, жестокого мира в самых тёмных, недоступных глубинах своего израненного сердца.

Почувствовав это неистовое, почти удушающее напряжение, я слегка отстранилась. Уперевшись ладонями в его широкую грудь, я заставила его немного ослабить объятия и высоко подняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

Каллум замер, тяжело дыша и глядя на меня сверху вниз. Прямо на моих глазах на его бледных губах расцвела нежная, но абсолютно сумасшедшая улыбка, а в антрацитовой глубине глаз полыхнул лихорадочный, торжествующий огонь — он упивался моим признанием, смаковал мою добровольную покорность.

Медленно, не сводя с меня этого пугающего, одержимого взора, он вновь потянулся ко мне и наклонился ниже, обжигая моё лицо своим горячим дыханием. Его губы коснулись моего виска, а затем скользнули к самому уху. Слегка, до сладкой боли, Каллум прикусил мою чувствительную мочку и выдохнул прямо в кожу:

— Хорошо. Тогда отправляйся в ад вместе с этим безумцем.