Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3, страница 93 – Валентина Зайцева

Убить её? Избавиться от свидетельницы прямо сейчас? Нет. Нельзя.

Моя царственная мать, Императрица-мать Беатрис, на первый взгляд казалась отрешённой от мирской суеты, проводя дни в молитвах, но на самом деле её замыслы были глубже самой бездны. Я должен оставить себе путь к отступлению. Если наступит день, когда мать решит предать меня и лишить короны, эта выжившая из ума карга станет моим главным козырем. Моим лучшим щитом и карающим мечом.

На моём лице проступила искажённая, безумная улыбка, которая выглядела куда страшнее самых горьких слёз. Внутри всё дрожало от ужаса перед будущим, но я заставил себя верить, что поступил невероятно, гениально хитро.

* * *

Элара Валериус

К тому времени как я наконец смогла свободно ходить, палящее, яростное солнце Остерхольда сменилось прохладным и мягким теплом, а листья под карнизами нашего поместья тронула лёгкая желтизна.

Несколько увядших лотосов одиноко покачивались у понтонного моста через пруд. Но у воды больше не было человека, который небрежно, с ленивой грацией бросал бы корм карпам, пытаясь заманить меня в свои опасные сети. Каллум Рейн уехал.

Королевская осенняя охота началась с невиданной помпезной, но я в итоге осталась дома. Во-первых, у меня действительно не было сил после болезни, а во-вторых… я просто не знала, как смотреть ему в глаза. В последние дни меня преследовали кошмары. Я часто видела во сне тот момент, когда помахала ему на прощание и встретила его взгляд. Чёрные неподвижные глаза Каллума причиняли мне сильную боль, резали мне сердце без ножа, обещая скорую расплату.

Проведя несколько дней в тишине родных стен, я заставила себя хладнокровно взглянуть на то, что происходит вокруг. С тех пор как Император Октавиан Рейн всего лишь парой брошенных слов разделил военную власть моего отца, генерала Дамиана Валериуса, вся наша семья жила под гнётом постоянного страха. Не имея прямых улик, подтверждающих заговор дома Валериусов с кем-то из принцев, Его Величество сменил гнев на милость и начал действовать тоньше, пытаясь умилостивить отца и брата мнимыми почестями.

Что же касается Каллума… Я шумно выдохнула, прогоняя образ Безумного Регента. Ладно, сейчас главное — найти способ и дальше оттягивать дату моей свадьбы.

Пока я была погружена в эти безрадостные думы, с улицы донёсся стук копыт. Мой брат Юлиан и сестра Валерия вернулись из лагеря правителя на день раньше, чем планировалось.

— Юлиан! Валерия! — я поспешила выйти к ним навстречу. В груди шевельнулась тревога. — Вы разве не должны сопровождать Императора до конца осенней охоты? Почему вы вернулись так рано?

Я панически боялась, что во время охоты что-то пошло не так. Ведь хотя Каллум и считался «опороченным» принцем, лишенным права на престолонаследие, одно его присутствие в охотничьих угодьях могло разрушить хрупкий баланс сил во дворце и стать бельмом на глазу для многих высокородных господ.

Валерия, не обладавшая проницательностью Юлиана, легкомысленно отмахнулась, спрыгивая с седла: — Император Октавиан внезапно подхватил сильнейшую простуду. Его драгоценное здоровье пошатнулось, поэтому весь лагерь свернули, и мы поспешно вернулись во дворец.

Я тихо выдохнула: «Ох, слава Богам». Тяжёлый камень скатился с души.

Юлиан заметил, как дрогнули мои плечи. Он спешился, подошёл ближе и с сочувствием произнёс: — Кстати, Элли, приближается день рождения Императрицы-матери Беатрис. Буквально только что доверенная фрейлина из Дворца Непорочной Луны доставила королевский указ. Тебя вызывают во дворец для участия в торжествах.