Книга Убей меня, люби меня, страница 73 – Хэй Янь

«Как бы не так. Просто не хочу портить такой кинжал», – фыркнула про себя Мэй Линь. Но спорить с принцем не стала. Ей не терпелось узнать, что же там, за стеной.

Она молча вытащила кинжал и осторожно ввела его в стык между камнем и землей. Клинок в длину достигал одного чи, но уже на половине пути лезвие оказалось в пустоте. Сердце Мэй Линь затрепетало от робкой надежды.

Осторожно проводя клинком вдоль края, она почувствовала, как отваливаются мелкие куски камня, не встречая серьезного сопротивления. Вскоре девушка вырезала круг и, толкнув камень внутрь, услышала глухой грохот. Вверх взметнулось облако пыли. Мэй Линь не стала отползать и в нетерпении замахала рукавами, отгоняя пыль и кашляя.

Девушка заглянула внутрь. Перед ней зияла темная дыра – проход, протяженность которого при таком освещении трудно было определить. Она протянула руку и взяла факел. Свет едва проникал внутрь, но даже так было видно аккуратно выложенные, хотя кое-где треснувшие зеленые кирпичи.

Изучая проход, очевидно созданный руками человека, Мэй Линь некоторое время стояла в растерянности. Только когда ее нетерпеливо окликнул Мужун Цзинхэ, она пришла в себя и, недоверчиво оглянувшись, спросила:

— Ты ведь говорил, что каменный лабиринт создала природа. Как же под ним появился такой проход?

Принц, разумеется, ничего не видел, но едва заметная дрожь в голосе девушки разожгла его любопытство. Немного подумав, он сказал:

— Зажги еще один факел и брось туда.

Мэй Линь сразу сообразила, чего он добивается, и выполнила поручение. Факел, упавший внутрь, на мгновение почти погас, а затем загорелся ровным пламенем. Стало быть, в проходе есть воздух.

Было непонятно, насколько далеко уходит тоннель, а Мэй Линь не любила тратить зря ни время, ни нервы. Она быстро пролезла в проход, погасила факел и попутно сожгла несколько паутин, чтобы немного очистить путь. Оставив только один источник света, она вернулась к Мужун Цзинхэ и вкратце описала обстановку.

При виде девушки, с ног до головы покрытой пылью, Цзинхэ не сдержал смеха. Но, поймав на себе ее пытливый взгляд, поспешил вернуться к сути:

— Возможно, его построили позже. Возможно, каменный лабиринт и этот тоннель никак не связаны.

Однако на этот раз в его голосе не было привычной уверенности.

«Неужели каменный лес – это дело рук человека?!» – одновременно подумали они, но тут же отказались от подобных мыслей. Мужун Цзинхэ не помнил, чтобы в летописях упоминались столь масштабные конструкции, а Мэй Линь больше беспокоило, что в этом проходе можно только ползти – в полный рост не пройдешь, да и тележка туда не поместится.

Придется тащить Мужун Цзинхэ, еду и воду на себе, а еще не забывать о факеле.

Для любого человека это почти невыполнимая задача.

Единственное, что радовало Мэй Линь, – за последние дни ее раны наконец стали заживать. Если бы не это, тащить на себе Мужун Цзинхэ было бы смерти подобно. А ведь у нее была и другая поклажа.

Сказать по правде, волочиться ползком в любом случае было бы мучительно тяжело, даже будь она совершенно здорова.

— Для чего же был проложен этот проход? – пробормотала Мэй Линь, припав к земле и глядя на факел, воткнутый ею в трещину где-то впереди. Казалось, добираться до него предстоит еще целую вечность.