Книга Убей меня, люби меня, страница 76 – Хэй Янь

Придется спуститься еще ниже… Что же их там ждет? Страшно представить.

Оглядевшись, Мэй Линь воткнула факел в щель между камнями и поползла обратно. Но стоило ей оказаться на середине пути, как огонь погас и мир вокруг мгновенно утонул в кромешной тьме.

Мэй Линь вздрогнула, но не стала возвращаться, чтобы вновь зажечь факел, а продолжила ползти к Мужун Цзинхэ. Лишь когда девушка нащупала его теплое тело, прислоненное к стене, ее сердце наконец успокоилось.

— Почему факел потух? – спросил принц, почувствовав ищущие касания ее рук. Когда погас свет, его с головой накрыло тревогой. Он знал, что Мэй Линь не бросит его и не уйдет одна, но все же в этой бездонной тьме разум непроизвольно рисовал самые мрачные картины.

Возможно, потому, что в темноте все чувства обострились, Мэй Линь показалось, будто обратный путь дался ей тяжелее, чем прежде. Успокоенная звуком его голоса, она не предложила сразу пойти дальше, а просто прислонилась к стене рядом.

— Наверное, сквозняк, – выдохнула девушка и почувствовала, что глаза слипаются.

— Мы уже у выхода? – сразу догадался Мужун Цзинхэ. Иначе откуда здесь взяться ветру?

— Угу… снаружи, наверное, очень просторно… Но ничего не разглядеть… одна только… лестница… вниз… – бормотала Мэй Линь, погружаясь в дрему.

Понимая, что она устала, Мужун Цзинхэ наклонил голову, чтобы коснуться ее лба, но плечи мешали. Тогда он шевельнул рукой и слегка потянул изодранный подол ее одежды.

— Эй, не засыпай, – выдохнул принц.

Если она уснет, он останется один в бездонной тьме, и это будет невыносимо.

Брови Мэй Линь дрогнули. Она медленно сползла вниз по стене, положила голову ему на плечо и невнятно пробурчала:

— Дай мне… прикорнуть… ненадолго…

Мужун Цзинхэ помедлил, снова дернул ее за подол и неохотно сказал:

— Тогда… тогда обними меня.

Только так удалось бы избавиться от страха перед всепоглощающей темнотой. Он сразу этого захотел, когда она только вернулась, но не осмелился попросить.

Слишком сонная, Мэй Линь раздраженно фыркнула, но все же решительно обняла его за талию и всем телом скользнула в его объятия. Через мгновение послышалось легкое ровное сопение.

Чувствуя тепло и тяжесть ее тела, Мужун Цзинхэ наконец успокоился. Вслед за этим и к нему подступила дремота, которая медленно перешла в сон, на редкость крепкий.

Сколько они так проспали, неизвестно. Первой проснулась Мэй Линь – и обнаружила, что лежит прямо на Мужун Цзинхэ. Видимо, они вдвоем незаметно сползли на землю, а он даже не подумал разбудить ее. Поразительно.

Стоило ей пошевелиться – и Мужун Цзинхэ тоже проснулся, вяло пробормотав:

— Который сейчас час?..

Произнеся эти слова, он окончательно пришел в себя и, пытаясь вглядеться в черноту вокруг, ощутил странную опустошающую растерянность.

Мэй Линь помогла ему сесть, а потом достала огниво и зажгла огонек. В дрожащем пламени они встретились взглядами – и только когда свет, словно жизненная сила, проник в их сердца, девушка погасила его.

— Может, снаружи как раз солнце светит, – сказала она и, положив Мужун Цзинхэ на спину, поползла к выходу.

Мэй Линь уже давно сбила колени и локти в кровь, и раны успели покрыться коркой. Теперь она снова их разодрала, и ее до самых костей пронзила боль. Девушка пожалела, что позволила себе отдохнуть: лучше бы добралась до выхода одним рывком, пока еще не было так больно.