Книга Тайна Карты вечности, страница 79 – Эвелин Бризу-Пеллен

— А тебе не пора на урок правописания? – спросил доктор Граф.

Он отправил меня на урок, чтобы я переключился и подумал о другом. Ему вовсе не хотелось, чтобы я взваливал на свои плечи все беды мира, и я был ему за это благодарен.

И я отправился на урок, хотя идти туда было ещё рано. Но мне, и правда, нужно было переключиться. Кузнечики скоро нас покинут, и этот постоянно меняющийся вокруг меня мир внушал мне тревогу. Я до сих пор ещё не пришёл в себя после отъезда Леонида. В каком-то смысле я держал в своих руках судьбы обитателей этого особняка, чувство было мучительным.

Что делать со свалившейся на меня властью?

В коридоре я встретил Рауля и, как только его увидел, сразу успокоился. Я рассказал ему, как узнал о нашей с ним необычной ситуации. Разумеется, он уже знал об этом от доктора Графа. Но он тоже ничего не мог сообщить мне о причине, из-за которой я оказался здесь. Всё было слишком секретно. Но в любом случае я под его наблюдением, так что мне не о чем волноваться.

Когда я двинулся дальше, мне стало немного легче. Трудно назвать Рауля сердечным, да и смешным он тоже не был. Но он был надёжным, вот это точно!

«ШКОЛА ДЛЯ ДЕВОЧЕК». Я усмехнулся, не без иронии.

Кристина ещё не пришла, Клеа тоже. Я вошёл в класс и уселся за одну из парт. Парта была деревянная и для меня слишком маленькая, коленки упирались в крышку, но скамейку не отодвинешь, она прикреплена намертво.

Я огляделся. Теперь я смотрел на этот класс совсем другими глазами – он был точно таким, в каком преподавала Кристина во время Первой мировой войны. Маленькие парты, как раз по росту ученицам начальной школы, наверху у этих парт выемка для деревянной линейки и ручки с пером и дырка, куда вставляется фарфоровая чернильница, полная фиолетовых чернил. В глубине класса стоит дровяная печка, но её не топят, здесь и так всегда тепло. На стене висит карта Франции, урезанная с восточной стороны. Не хватало Эльзаса и Лотарингии. Ну да, они тогда не принадлежали Франции. Как раз после войны 1914 года они снова к нам вернулись.

Кристина уже написала на чёрной доске полезную мысль на сегодняшний день.

«Необразованный человек трудно зарабатывает себе на жизнь».

Вчера была другая:

«Никто не верит лгуну, даже если он говорит правду».

Полезные мысли Кристины кажутся мне немного наивными и всё же каждый раз наводят на размышления.

Ученики в те времена наверняка не имели права открывать рот до тех пор, пока их не спросят, но я, увидев входящую Кристину, не удержался и выпалил:

— Да вы красавица!

Первый раз она была не в ночной рубашке, а в платье, пошитом по моде конца XIX века. Так вот над каким заказом трудилась Фанни! Теперь, в своём строгом платье, наша учительница была самим воплощением достоинства. Она подняла голову ещё выше, и её глаза засветились лукавым блеском.

— Разве так говорят с учителями, Лиам? – спросила она.

Я рассмеялся:

— В ваше время, может, и не говорили, а в моё говорят. Я же не сказал вам: «Вы обалденная!» – или ещё чего-нибудь похлеще.

Кристина стала смеяться вместе со мной.

— Ты необыкновенный мальчик, Лиам. Ты очень мне помогаешь!

— Не сомневаюсь. Бесплатные ученики – радость учителя! – пошутил я и вдруг ужасно заволновался. – А вы случайно не собираетесь уезжать?