Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 21 – Юй Сы

— Видимо, мою задержку уже успели истолковать как отсутствие гостеприимства, прошу прощения, – вдруг раздался за его спиной мужской голос.

— Дядя Лу! – воскликнула Гу Вэньвэнь, вскакивая на ноги.

Любой бы на месте Се Юньци смутился, он же спокойно обернулся и сложил руки на груди. И изумленно вскинул брови.

В дверях стоял мужчина. На вид он казался чуть моложе даоса, такой же худой и высокий, но при этом будто полная его противоположность: на нем был роскошный белоснежный халат с до того длинными рукавами, что те подметали пол, и белая меховая накидка, отчего он казался настоящим небожителем, спустившимся на землю. Белые сапоги, свободный ворот халата, будто небрежно подвязанный пояс с рядом драгоценных подвесок – Се Юньци про себя цокнул языком, отмечая, что стиль этого господина ему даже нравится. В отличие от всегда наглухо застегнутого Мо Хэ, этот мужчина явно предпочитал свободу. Волосы его тоже рассыпались по плечам, короткие, чуть вьющиеся пряди пушистой челки обрамляли лицо. У него была довольно изысканная, даже женственная внешность: прямые черные брови, мягкие полные губы, изогнутые полумесяцами глаза. В свете свечей он поднял взгляд, и Се Юньци удивленно осознал, что его глаза разного цвета: один черный, как у всякого ханьца, а второй ярко-голубой. Без этих глаз мужчина выглядел бы богатым и изнеженным молодым господином, особенно когда его губы изогнулись мягкой дугой.

Если Се Юньци казался демонически прекрасным, то этот человек мог бы составить ему конкуренцию на Небесах. Да, это был явно не старикан Цзянгуй.

— А-Вэнь^[41], – улыбнулся мужчина, скользнув взглядом за спину Се Юньци. Девушка подбежала к нему и бесцеремонно обхватила руками. Се Юньци ожидал, что этот чистенький небожитель брезгливо отстранится, но он тепло обнял девушку в ответ. – Ты уже такая большая, а ведешь себя словно маленький ребенок, – пожурил он ее, потрепав по волосам.

Гу Вэньвэнь счастливо рассмеялась.

— Дядя Лу, мы ужасно хотим есть, надеюсь, ты задержался лишь потому, что отдавал приказания кухне?

— Разумеется, – хмыкнул мужчина, ничуть не смущаясь. – А это? – Он поднял взгляд на Се Юньци.

— Се Юньци, «Се» как «благодарность», «Юнь» как «лучи солнца», «Ци» как «необыкновенный», – сложил перед собой руки тот. – Ученик даочжана.

Брови мужчины изумленно взметнулись вверх, а затем он посмотрел за его спину на сидящего Мо Хэ.

— Ты взял второго ученика, Синьчжи?^[42]

Теперь настала очередь Се Юньци вскидывать брови: «Синьчжи? Это кто вообще такой?» Но он, конечно же, не был глупцом, поэтому быстро сообразил, что это личное имя даоса. Только вот тот никогда его прежде не называл… Се Юньци внезапно ощутил странно-кислое чувство где-то за языком. Он обернулся всем телом, глядя на своего так называемого Учителя.

— Да, это мой второй ученик, я подобрал его в Сянъяне, – просто сказал Мо Хэ, игнорируя горящий взгляд Се Юньци.

Некий достопочтенный чуть не взорвался от гнева. «Кто кого подобрал, черепаший даос?! Да если бы не я, ты бы вовсе здесь не сидел!» Некий достопочтенный совершенно забыл, как скулил и умолял даоса взять его в ученики, – впрочем, плохое, как известно, быстро забывается.

— А вы? – Се Юньци резко повернулся и уставился на мужчину.