Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 44 – Юй Сы

— Конечно, господин, Шихуа^[63] будет ждать вас наверху.

Четвертая сестра рядом вышла из оцепенения и потянула ее за рукав, но Шихуа ее проигнорировала, поманив мужчину пальчиком.

— Сыхуа^[64] тоже готова услужить, – надула губы Четвертая сестра, перегибаясь через оконную раму. – Может, господин готов взять и Сыхуа?

Десятая сестра в раздражении отпихнула ее ногой, хотя на ее лице было по-прежнему очаровательное выражение. Четвертая сестра намека не поняла и лишь подалась вперед еще сильнее, удачнее приподнимая грудь. Первая подавила желание пнуть ее, чтобы та вовсе вывалилась из окна.

В это время молодой мужчина внизу ухмыльнулся и помахал шелковым цветком.

— Не ссорьтесь, девушки, я поднимусь к вам обеим и послушаю гуцинь.

Шихуа и Сыхуа захихикали, а после одновременно посмотрели на Шуай, которая невозмутимо перебирала струны. Затем они переглянулись и приняли одинаковое решение.

— С нами еще одна сестрица, она готова поиграть вам на гуцине, пока мы будем вас развлекать, – хором сказали они, даже не думая спрашивать сестрицу Шуай. – Не откажется ли господин?

— Не откажусь, – мягко рассмеялся мужчина, и этот смех показался Шихуа журчанием родниковой воды. – Мой брат очень любит гуцинь, хотя сам музыке не обучен. Верно, братец Мо? – спросил он, оглядываясь.

Только тогда проститутки обратили внимание на двух других клиентов. Один был тоже красив, хотя и не так ослепителен, возможно, все дело в его поношенном старом халате и угрюмом выражении лица. А второй был молод, да и ростом не вышел, больше походя на девушку. Шихуа и Сыхуа переглянулись, и каждая прочитала в глазах другой намерение сражаться до конца.

«Братец Мо», стоящий у ворот, закатил глаза и мысленно сделал себе пометку как следует прояснить вопрос отношений Учителя и ученика с этим Се, когда все закончится. Он повернулся к Гу Вэньвэнь, на которую всего одну пиалу чая назад наложил простенькую иллюзию, превратив в миловидного молодого человека, и тихо сказал:

— Смотри в оба. Змея должна быть где-то здесь.

После этого он направился к дверям «Тысячи цветов», куда привела их серебристая нить, зажатая в его руке. Се Юньци уже стоял на пороге и нагло ухмылялся, уперев руки в бока и глядя на Мо Хэ. Тот же вскинул голову на открытое окно и нахмурился. Поиски привели их в это место, но за воротами нить обрывалась, будто что-то – или кто-то – создало защитный барьер.

Мо Хэ хорошо ощущал демоническую ци, клубящуюся над публичным домом. За воротами ее было почти не видно, но здесь, стоило зайти внутрь, становилось тяжелее дышать.

У Мо Хэ уже возникло множество вопросов. Обычная шэяо не могла обладать такой силой, так что не оставалось сомнений: ей помогал кто-то из четырех наместников царства демонов. Учитывая, что змеи поклялись в верности Четвертому господину, могло ли статься, что и поветрие в Шанло – дело рук этого демона? Но зачем? Какой смысл нацеливаться на небольшой городок близ столицы, территорию одного из Десяти кланов? Зачем привлекать к себе столько ненужного внимания, если вдали от Чанъаня распространить болезнь было бы гораздо проще?

Сначала наместник запада, теперь юга. Не слишком ли оживились демоны? Но по какой причине? Какова была цель?

Мо Хэ ощущал растущее смутное беспокойство, словно шагал в туманной пелене и не мог определить направление. И в этом тумане он пока разглядел только оскал и огненно-красные глаза.