Книга В черной краске становишься черным. Том 1, страница 9 – Юй Сы

— Добрый день, – вежливо поздоровался старик, поравнявшись с ними и натянув поводья. У него было загорелое лицо, почти такое же морщинистое, как складки на боках быка. Он улыбнулся, и его глаза почти исчезли. – Куда путники направляются?

— В Чанъян, дедушка, – тут же отозвалась Вэньвэнь, широко улыбаясь. Ее Учитель лишь молча кивнул на приветствие.

— В Чанъян? – поднял кустистые брови старик. Он оглядел их и цокнул языком: – Вы, должно быть, бродячие заклинатели! – ахнул он.

Мужчина отнял глаза от книги и внимательно посмотрел на него. Вэньвэнь же продолжала болтать:

— Как вы угадали, дедушка! Мы и правда заклинатели.

Ее Учитель тут же сделал себе еще одну мысленную пометку: провести тренировку по умению держать язык за зубами. Лучше две.

— Да сейчас в Чанъян порядочно собирается заклинателей, – тем временем продолжал старик.

Пока его ученица не растрепала незнакомцу все на свете, ее Учитель решил, что пора уходить. Он поднялся, убрал книгу и, сложив перед собой руки, сказал:

— Доброго вам пути, господин, и мы тоже пойдем.

С этими словами он зашагал по дороге дальше. Вэньвэнь виновато кивнула старику и бросилась за ним.

— Вам же в Чанъян! – крикнул им вслед старик, когда они отошли уже на порядочное расстояние.

— Так мы туда и идем! – крикнула ему Вэньвэнь.

— Но Чанъян в противоположной стороне, – удивился тот.

Мужчина, бодро шагающий по лесной дороге, резко остановился, развернулся и молча пошел назад. Вэньвэнь безо всякого удивления последовала за ним. Когда они опять поравнялись со стариком, она не удержалась и спросила:

— А далеко до Чанъяна, дедушка?

— До моста десять ли, и оттуда еще столько же, – ответил тот, с сомнением разглядывая невозмутимое лицо мужчины.

Вэньвэнь же шумно выдохнула – мост был как раз у заводи! Если бы они сразу пошли в нужную сторону, то давно бы добрались! Однако, когда Учитель бросил на нее взгляд, она тут же отвела глаза и прикусила язык.

Старик же оглядел их и сказал:

— Садитесь, подвезу вас до города.

— Спасибо, дедушка! – радостно выпалила Вэньвэнь, тем самым не дав своему Учителю даже шанса отказаться. Вдвоем они взгромоздились на старую телегу, и Вэньвэнь уселась спереди, болтая со стариком. Телега так громко скрипела, что ее спутник сзади почти ничего не слышал.

— Как тебя зовут, деточка?

— Гу Вэньвэнь, «гу», как «долина», и «вэнь», как «письмо»^[17].

— А я лао^[18] Фань, сам из Чанъяна. Раньше в поле ходил, а теперь вот на старости лет торгую помаленьку: спина-то уже не гнется, как раньше. Вам, молодым, хорошо, – болтал улыбчивый старик. – Моя старуха давно уже этот мир покинула, а сынок вырос и женился, что ему старик. Нет, он навещает меня, конечно, невестка приводит внучка, тот маленький еще, а сынок у меня чуть старше тебя. Сколько тебе?

— Восемнадцать, дедушка.

— Уже большая, чего еще не замужем? Чтобы колени родителей не пустыми были…

Улыбка Гу Вэньвэнь на мгновение дрогнула, но она быстро взяла себя в руки:

— Мой Учитель мне не разрешает так быстро замуж выходить! Он у меня строгий, заботится обо мне.

Мужчина, который тихо-мирно читал в телеге, поднял глаза и увидел, что старик смотрит на него с подозрением. Несколько мгновений они играли в гляделки, а затем мужчина моргнул, сообразив, что подумал лао Фань. Однако, не имея никакого желания что-то прояснять, равнодушно опустил глаза и продолжил читать.