Книга Золотая клетка, страница 119 – Юй Сы

— Дядюшка, не можем же Мы, в самом деле, поручить расследование только вам и неопытному Ян Лэю? – с легкой насмешкой в голосе сказала Мин Сянь. Она видела, к чему тот ведет, и потому спросила прямо. Министр, казалось, несколько смутился, но затем выпрямил спину и уставился на императрицу:

— Это более чем необходимо. В конце концов, я тоже принадлежу к императорской семье. Кому, как не мне, расследовать убийство моего племянника, – нагло заявил он.

Технически он не имел никакого отношения к Мин Синю, но благодаря Мин Сянь на троне мог именовать циньвана Цзе племянником. Впрочем, до сей поры он не осмеливался так наглеть – министр знал свои границы. Его нынешнее упорство было в первую очередь связано с нежеланием делить бразды правления с Шан Юем, и императрица это понимала, но не могла уступить. Она знала, что министр Вэй будет вставлять палки старшему цензору с гораздо большим рвением, чем великий советник.

— Мы уже не можем отозвать свой приказ, который слышал весь двор, – мягко напомнила ему Мин Сянь. Виски пульсировали от боли – как будто гнев давил на ее череп изнутри. Но ее лицо оставалось безмятежным.

— Что ж… – Вэй Шаопу задумался, пытаясь придумать выход. – В таком случае вы правы, Ваше Величество. Однако советую вас назначить меня главным. Я приложу все усилия, чтобы восстановить честь императорской семьи!

— Вот и славно, – Мин Сянь хлопнула в ладоши, даже не веря, что тот так быстро сдался. – Дядюшка останется на обед? – Она краем глаза увидела Чжоу Су, который знаком ей показывал, что еда готова.

— Нет, приятного аппетита, Ваше Величество. – Министр Вэй быстро и небрежно поклонился – как всегда – и пошел к дверям кабинета. – Ваше Величество, – неожиданно он развернулся и пристально посмотрел на императрицу, – а вы верите, что простолюдин Мин Сюань был истинным виновником этих преступлений? – Его узкие глаза разглядывали лицо Мин Сянь, выискивая любое движение, любую тень эмоций.

— Разумеется, прежний император и дядюшка не могли ошибиться, – спокойно выдерживая его взгляд, отозвалась девушка. Не найдя того, что искал, Вэй Шаопу удовлетворенно кивнул и вышел – теперь он чувствовал себя гораздо спокойнее.

Мин Сянь полностью отстранилась от расследования. Она даже не задавала никаких вопросов, зарывшись в бумагах в императорском кабинете. Ей, казалось, не было никакого дела до того, что ее Второго старшего брата могли погубить совершенно не те люди, как считалось прежде. Подобное поведение императрицы породило новые слухи в столице – одни говорили, что она больна, другие – что она спряталась, дрожа от страха, потому что именно она виновна в братоубийстве, а не бывший наследник.

Между тем Мин Сянь продолжала продвигать свой проект строительства канала. Теперь, когда большая часть двора была увлечена расследованием, тех недовольных, что возмущались дороговизной и бесполезностью канала, стало меньше, и на ее столе уже не громоздилась стопка докладов на эту тему.

Вэй Шаопу, заполучив в руки власть в расследовании, действовал жестко и безжалостно – он допросил всех слуг поместья Лю, особенно тех, кто служил еще двенадцать лет назад, но ничего не выяснил. Ян Лэй вступил с ним в ожесточенное противостояние по поводу того, как следует вести дело. Шан Юй, насколько знала императрица, вообще не появлялся в Цензорате, отступив в сторону. Без него министр Вэй, и без того имевший множество своих людей в Цензорате, быстро подавил Ян Лэя.