Книга Золотая клетка, страница 122 – Юй Сы

— Ваше Величество, мои навыки слишком плохи, – принялся отказываться тот.

— Все лучше, чем стоять на коленях, – спокойно рассудила императрица, чем вызвала у молодого цензора изумленный взгляд. – Тебе придется о многом Нам поведать. И если твои слова порадуют Нас, Мы сделаем тебя верховным цензором.

Ян Лэй задрожал, но не от предвкушения, а от страха:

— В-ваше Величество, я не хочу занимать столь высокий пост. Мне всего двадцать лет…

— Мы знаем, – неожиданно улыбнулась Мин Сянь, и эта улыбка на ее обычно равнодушном лице заставила Ян Лэя задрожать еще сильнее. – Не трясись так, Мы пока не собираемся ставить тебя во главе Цензората. Тебе придется доказать Нам свою полезность. Рассказывай. – Императрица достала черный камень из чаши и поставила на доску.

Ян Лэй действительно хорошо потрудился за то время, что они не виделись: Ли Ган был в безопасности, да так, что его никто не хватился – противоборствующая сторона считала, что он умер от яда, который ему подсыпали в пищу. В действительности же в тот момент, когда Ли Ган готовился сбежать, а убийцы собирались от него избавиться, Ян Лэй подослал людей, которые усыпили его и тайком вывезли его тело из поместья. Когда тот очнулся и понял, что его пытались убить, он тут же во всем сознался – что он был связным между министром Вэем и министром Лю, что это он оклеветал министра Цао и еще во множестве мелких делишек.

Старший цензор достал из рукава показания Ли Гана, подписанные его рукой, и передал императрице.

— Все здесь, – с почтительным поклоном сказал он. Он был впечатлен проницательностью императрицы, и теперь его вера в Мин Сянь была непоколебима. Он почитал Ее Величество за умнейшего человека и горько раскаивался, что раньше считал ее слабовольной марионеткой. То, как Ее Величество вычислила Ли Гана и распознала, что с ним случится, впечатлило Ян Лэя.

— Прекрасно, – похвалила его Мин Сянь, откладывая показания. На ее лице мелькнула слабая улыбка – и Ян Лэй замер, глядя на словно бы расцветшее лицо императрицы. Против воли молодой цензор почувствовал, как горят уши.

— Это мелочь, Ваше Величество, без ваших указаний этот подданный ни на что не годен, – поспешно произнес он. Он уставился в доску для вэйци, стараясь не смотреть на императрицу. – Что вы собираетесь делать с Ли Ганом?

— Пусть пока побудет в укрытии, – отозвалась девушка. – Подходящее время еще не пришло.

Ян Лэй не знал, о каком подходящем времени идет речь, но не собирался перечить Мин Сянь.

— Что ж, ты отлично поработал, – похвалила она его, кладя на доску черный камень. – А что… насчет Нашей просьбы? – спросила она, мельком взглянув на цензора.

— Ваше Величество… это… – Видя, что Ян Лэй замялся, Мин Сянь приподняла брови.

— Что? – холодным тоном спросила она. – Не удалось найти Нашего старого знакомого?

— Я сравнил почерк со всеми докладами за последние десять лет, но не смог обнаружить его, – сокрушенно ответил цензор Ян, и его огорченное лицо заставило губы императрицы дернуться в намеке на усмешку. Он, казалось, действительно больше переживал из-за того, что не смог выполнить приказ, а не из-за того, что его могли наказать.

— Попробуй посмотреть доклады тринадцатилетней давности, – посоветовала Мин Сянь. – Для Нас это важно. Мы надеемся, что ты справишься.