Онлайн книга «Рывок в будущее»
|
С торпедами чуть лучше, думаю, что до ума доведем. В любом случае, на столетие раньше, чем в моей истории. Пока сложно, но доведем. Тогда появится смысл в торпедных катерах и подводных лодках. А так до подводного минного постановщика полтора века еще. Весьма полезная вещь. Мы бы тут шороху навели на Балтике. Из полезного – подбил Матушку на прокладку в Петербурге конки. Пока не парового трамвая. Но и эта затея вызвала массу негатива у конкурентов. Переть в открытую против таких учредителей, вроде меня и Разумовского, никто не стал, но неофициально уже заметили, что наши вагоны могут оказаться слишком пожароопасными. Вдруг. Внезапно. Если не охранять. Думаю, что с пароходами будет то же самое. Хоть пулемет ставь на каждый пароход. Увы, капсюль для унитарного патрона мы пока не изобрели. Эх, а как бы изменил пулемет рисунок и характер современной войны! Так и вижу «большие батальоны Наполеона» против наших пулеметов! И посмотрим, на стороне ли Бог «больших батальонов»! Шучу, конечно. Но в каждой шутке есть доля шутки. В Сестрорецке и Туле не только самовары клепать умеют. Посмотрим. Но пока нагадала мне цыганка дорогу дальнюю. САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ГУБЕРНИЯ. НОВЫЙ ИТАЛЬЯНСКИЙ ДВОРЕЦ. 5 января 1748 года Сегодня – Крещенский сочельник. На службах церковных мы уже были. Скромно в кругу семьи сидим. Отпустила-таки меня Матушка с генерал-губернаторства. После праздника, даст бог, сдам свое место князю Юсупову. Великому, за речные пути и русский театр, радетелю. Но сбылись мечты идиота – добро пожаловать на войну. Стараюсь этому радоваться. Уверен, что война по мне неописуемо скучает. Уже шесть лет как. Не убила тогда, так дам ей шанс. Или не дам. Екатерина показывает на меня пальцем, обозначает движение вдаль. И вопросительный знак. Далеко ли? Надолго ли? Киваю. Шевелю губами. «Я вернусь». Она кивает. Горизонтально ладонь ко лбу и к подбородку. Рука к сердцу. Указывает на себя и жест горизонтальной ладонью от груди вниз. Вновь на меня жест. «Папочка, я жду тебя». Да, я полюбил эту девочку. Ну и что, что она моя потенциальная смерть? В чем ее вина? Только в том, что она законная наследница престола Всероссийского? Тут как посмотреть. Может и нет. Но при правильном прочтении намного более законная, чем я сам. Но я принял ее. И Лина тоже. Она член нашей семьи. Она называет меня и Лину папой и мамой. Мы уже устали объяснять, что это не так. Но сердцу ребенка не прикажешь. Она так нас видит. Родителей своих она и не помнит. Брата старшего и сестру тоже. Катенька кормит меня засахаренными вишнями. Я жую и киваю ей благодарно. Она счастливо прижимается к моей груди. «Приезжай. Я жду». У меня глаза на мокром месте. У Лины тоже. Господи, какая светлая девочка. Умная и красивая. За что к ней так несправедлива судьба? * * * Скачу по полу гостиной на четвереньках. Катя на мне верхом. Смеется своим странным смехом. Она не слышит своего голоса, и ей трудно контролировать то, чего она не понимает. Мы ее учим, но трудно научить контролировать голос, если ты его никогда не слышала и не понимаешь, как он звучит вообще Глухонемые часто общаются со слышащими письменно, хотя вполне могут говорить вслух. Просто к их голосу нужно привыкнуть. Катя – вовсе не глухонемая. Она слышит. Плохо и не все. Себя она не слышит. Разве что через кости черепа. Перепонки если еще не умерли, то почти на пути. Мы делаем, все, что только возможно. И мы, и нанятые нами специалисты. |