Онлайн книга «Рывок в будущее»
|
Не хочу. Не позволю. СИБИРСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ТОБОЛЬСКАЯ ПРОВИНЦИЯ. ТОБОЛЬСК. 23 сентября 1750 года Третьего дня добрался я до крайней пока, восточной точки своего путешествия. В сентябре весьма неровная погода в Сибири. За неделю пути два раза настигал нас дождь, три раза – снег. С Камышлова шли на стругах по Пышме. Тракт осадки размочили. Но назад все же придется добираться этим путем. Против течения и ветра, без двигателя, будем идти как бы не вдвое медленнее. В пути отдохнули в Тюмени. Летом здесь и сейчас хорошо. Только лета уже нет. Василий Алексеевич Мятлев осмотрел город со всем тщанием. Я же здесь уже был. Не раз. В январе. И двести с гаком тому вперед лет. Но это теперь его хозяйство. Ну, уже почти. Так что я тоже где надо лицом посветил. Даже поторговал. Так, чтобы и поддержку власти местные почувствовали, а Матушкины глаза и уши не решили, что отставной контр-адмирал «мой человек». Собственно, к моим начинаниям ранее никак не был причастен Мятлев. В отставку по болезни ушел в 1742 году. Овдовев, снова женился и детей еще заделал «на старости лет». В восемнадцатом веке пятьдесят шесть лет весьма почтенный возраст для чиновника и для родителя. В общем, прошли мимо вологодского помещика все антарктические экспедиции и столичные интриги. Оттого, видно, Матушка со спокойной душой его из поместья и выдернула. Дала отставному моряку сухопутный чин генерал-лейтенанта и отправила губернаторствовать в Сибирь. Кадровый голод сейчас у нее. А в Сибири, к моему удивлению, почитай лет восемь как губернатора нет. Точнее, губернатор есть. Генерал-майор Сухарев с учетом вице-губернаторства эффективно руководит тут уже десять лет. Но последние шесть Алексей Михайлович находится под следствием. Перечень вменяемого всякого ему большой. Как водится, контрабанда и мздоимство, а еще он джунгарам порох поставлял. Они соседи у нас тут, оказывается. Беспокойные. И мы отжимаем у них Алтай и южную Сибирь. А Петропавловска-на-Ишиме, к примеру, еще нет. Тобольск – столица Сибири. Со стен его кремля, стоящего на высоком холме, мне даже видно столицу побежденного Ермаком ханства – Кашлык, он же Сибирь, он же Искер. Славный городок. Каменные здания в кремле, деревянный посад у реки в низине. Вокруг много мануфактур, включая писчебумажную и стекольную, но чувствуется, что это прежде всего административный и логистический центр. Люди тут, по сравнению с Уралом, – вольные. Начнешь прижимать – уйдут. И будешь их искать хоть сотню лет. После революции сюда последнего коронованного моего потомка с семьей определили. Не большевики еще. Это уже позже их вытащит на расправу в Екатеринбург Свердлов и кормимый им на деньги братца, американского банкира, УралСовет. Такое вот потомки меня здешнего наворотили. Причем началась дорога в Ипатьевский дом как раз с проживаемых мною сейчас здесь лет. Такие вот грустные мысли меня здесь посетили. А ведь я могу в этом мире кончится раньше, чем в том, не успев хотя бы попытаться поправить такую печальную для будущего России судьбу. Времени у меня похоже на раскачку почти уже нет. Вообще нет. — Ваше императорское и королевское высочество, – незнакомый мне офицер приложил руку к треуголке, – вам пакет. Принимаю. Запечатано личной печатью императрицы. Может, там изумительный тур в Иркутск? |