Книга Альма Френг и новые тайны, страница 52 – Ида Туфте Микельсен

— И тебе!

Альма открыла дверь и спустилась на подъездную дорожку вслед за Элионорой. Розоватое небо уже начинало темнеть. В это время года световой день был уж слишком короткий. Альма обернулась, чтобы помахать Симону.

Он так и стоял в дверях. На улице был небольшой минус, а на Симоне были домашние брюки, рубашка и бабочка. До этого Альма не обращала внимания, но вдруг поняла, что он надел единственный несерьёзный предмет гардероба, что у него был. Бабочку с рисунком блестящих ёлочных шаров. Альма уговорила его купить её много лет назад, и Симон надевал её каждый сочельник. Наверняка ему было холодно стоять там. Альма помахала ему рукой в варежке.

Симон стоял и смотрел на неё без движения. Наконец, он тоже поднял руку и помахал, а потом повернулся и закрыл за собой дверь.

Снег прекратился. Совсем прозрачный морозный воздух. Уличные фонари уже зажглись, иней на столбах переливался в их свете.

Летели в сторону столицы, но, когда до неё ещё было довольно далеко, Элионора взяла курс на запад. Альма смотрела на удаляющиеся силуэты небоскрёбов Стольбю на горизонте. Она и сама не знала, что высмаривает, пока Элионора не спросила.

— Парламент, – ответила Альма. Разговор с Симоном всколыхнул в ней мысли о Пузане. – Всё думаю, как там Пузан. Сожалеет ли он о своём поступке.

Элионора глубоко вдохнула.

— Пузан бы и ещё раз это сделал, будь у него выбор.

Альма обернулась и посмотрела на лицо Элионоры, которое выхватывали отсветы города. От мороза оно слегка раскраснелось.

— Откуда ты знаешь?

— Я много чего знаю, – сказала она. – И это тоже.

— Вот бы до него докричаться! – сказала Альма. – Через все небоскрёбы, до самого парламента, сквозь толстые стены, где бы он только ни находился.

Элионора улыбнулась.

— И что бы ты крикнула?

Альма задумалась.

— «Спасибо!» – ответила она. – И «Держись. Скоро придёт Элионора и спасёт тебя!»

От этого бабушка рассмеялась.

— «По крайней мере, попытается», – поправила она. – «Приложит все силы».

Они летели вдоль реки, и за излучиной вдруг показалась огромная отвесная скала. Альме потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, где они. Они подлетели к «Мевемлии», только с другой стороны.

У подножия горы оказался вход, о котором Альма раньше не знала. Его охраняли несколько солнцеловов, замаскировавшихся под теней-походников.

За дверью-вертушкой стояла мёртвая тишина. Поначалу, как только она влетела, глаза ещё не привыкли к полутьме. Они оказались в тренировочном зале, только теперь его было не узнать. По стенам были развешаны тысячи красных и зелёных увамов. Вокруг было море людей, но все они застыли совершенно неподвижно, будто мир поставили на паузу.

— Праздник проходит в сейчасном, – объяснила Элионора. – Телу трудно слишком долго находиться в замедленном времени, так что на праздниках мы делаем так. Только когда нужно перелететь куда-то, перещёлкивай на одиннадцатый.

Альма отщёлкнула время, и праздник ожил. Бокалы звенели, дети веселились. Люди беседовали и смеялись. Некоторые парили в воздухе, расположившись на качелях, подвешенных за солнечные лучи. Качели были длинными, как скамейки, места хватало сразу многим.

— Альма! – откуда-то выбежала Пилла. – Заждалась тебя! Мы там сидим!

Альма и Пилла оставили Элионору и полетели через запруженное людьми пространство. Они приземлились на один из каменных выступов и отщёлкнули время в сейчасное.