Книга Возвращение демонического мастера. Книга 8, страница 70 – Антон Агафонов

Но за время пути я всё-таки кое-что заметил: света стало меньше, словно солнце шло к закату, что было ещё одной большой странностью, ведь в Бескрайнем лесу царил вечный день. Стена тумана, которая окружала меня, тоже словно немного сжалась и теперь стала ближе шагов на пятьдесят.

Ещё одной загадкой этого места стало то, что я мог использовать пространственный карман, но не убежище. Казалось бы, они имеют схожий принцип работы, но одно функционировало, а другое нет. Загадка этого места. Но хотя бы без еды и целебных пилюль в случае чего я не останусь, но на всякий случай переложил кое-что из кармана в самодельную сумку. В таком месте артефактам нет доверия, лучше иметь при себе что-то на экстренный случай.

А дорога всё петляла и петляла, не давая ни единой развилки. Ещё одно отличие обычного Бескрайнего леса и этого, в первом развилок и дорожек очень много, бесчисленное количество, а тут можно идти часами и не встретить ни одной. Может, эта та самая далекая часть, о которой говорил Король нищих, та, куда лучше не ходить?

И в этот момент дорога внезапно прервалась, и впереди оказалось то, чего тут быть не должно.

Поезд.

Он отличался от машины, что перевозила руду с завода, на котором раньше работал мой отец, но я без труда узнал схожие элементы. Вытянутый корпус, множество стальных колес с выемкой для рельс. Рельсы тут тоже были, проложены прямо сквозь Бескрайний лес, и с них эта огромная тяжелая машина и сошла. Сейчас весь состав лежал на боку, перегородив железнодорожные пути.

Я подошел поближе и понял две вещи. Первая — поезд и рельсы были гораздо больше тех, что мне доводилось видеть в Дайварде, раза в полтора-два. Второе — он тут уже очень давно, даже издали было видно, что его корпус покрыт ржавчиной.

— Ну ничего себе, — не удержался я, осматривая эту огромную машину. Прежде мне не доводилось приближаться к ней настолько близко. Даже касаться механизмов, если у тебя не было специального разрешения, было запрещено законом и каралось смертью. По крайней мере, во внешних витках. Хотя дети рельсы всё равно трогали, когда никто не видит, и потому я видел, что эти раза в полтора шире, чем Дайвардские пути.

Я прошел к голове состава и приметил, что, несмотря на ржавчину, он сильно отличался от машины, что ездила во внешних витках. Дайвардский поезд был гораздо грубее, кустарнее, по сути одной коробкой, из которой торчала труба. Этот же имел более «стильный» корпус, закругленный нос на манер птичьего клюва и множество других мелких деталей, указывающих на то, что эта машина более совершенная технологически.

Любопытно…

Мне было очень интересно заглянуть внутрь, понять, как эта машина вообще работает. Но первое, разумеется, что я сделал, это коснулся стального корпуса, желая рассмотреть встроенный конструкт.

Но его не было.

Я убрал руку и ухмыльнулся.

— Удивительно…

В эту машину действительно не был встроен ни один артефактный конструкт. Но почему? Да, мне прежде доводилось слышать о том, что механизмы на заводах внешних витков и поезда — не артефакты, но я всё равно не до конца в это верил. Моему мозгу, который так сильно завяз в артефактостроении, было сложно поверить в то, что нечто подобное может работать без конструкта. Но с другой стороны, это же какие перспективы. У артефактов есть вполне определенные ограничения, более того, есть способы блокировать работы артефактов, как например в логове Хельграала, где браслет не работал в принципе. Но эти машины могут работать в любой ситуации, на них не властны ограничения.