Онлайн книга «Кицхен готовится к войне»
|
— Но ты не убрал. — А то… я тебя со своей бабкой познакомлю, тогда всё и поймёшь… лучше я эту сбрую ещё год-другой потаскаю, чем буду ей объяснять, почему это вдруг снять решил. Персиваль со стоном сел. И снова лёг. — Нет, так-то ничего. Просто где-то нерв защемило… в пояснице. Ты иди… — Куда я пойду? — Домой, — Персиваль махнул. — Скажи там… скажи, что я остался прикрывать твой отход. — И свинью. — Нет, свинью я прикрывать не хочу, но… — Идти сможешь? — Не знаю. Дай минуту… — О чём ты ещё не сказал? — Ох, дружище Даглас, не задавай провокационных вопросов, — Персиваль перевернулся на живот и встал на четвереньки. — Сейчас… спину чуть выгнуть… нет, не получится… руку дашь? Даглас протянул, и Персиваль, вцепившись в руку, поднялся-таки. — Ох ты ж… — Отпустило? — Притихло чутка… дойти дойду, но со свиньёй я тебе не помощник. Слушай, может, всё-таки тут прикопаем? В ямке там, авось… — Отставить, — Дагласу было откровенно жаль свинью, которая, возможно, вообще была не при делах. Жила себе спокойно, и тут раз и угодила в центр международного конфликта. Наблюдалось во всём этом некое, так сказать, сходство с собственной его, Дагласа, судьбой. — Свинью я дотащу… Он присел и, примерившись, взялся за копыта. — На спину закину и… пойдём… но только свинью. На двоих меня точно не хватит. Ты, главное, следи, чтоб она не очнулась. — Не очнётся… я так как-то одного… клиента паковал. Нужно было тихо переправить, а ехать три дня по горной дороге, там укрыться вообще негде. Я его и приголубил заклятьем. А сверху — навоз накидал. Что? Навоз в горах — это ресурс и какой! Будь он в сознании, не дался бы, а так нормально доехали. Правда, провонялись… Персиваль снова потянулся и охнул. — Чтоб… точно защемил… мазь у меня где-то оставалась… слушай, а если мы соврём, что меня подло ранили враги? Кстати, почти и не ложь. Я ведь ранен на службе… — При переносе свиньи, — туша лежала на плечах. Вес её придавливал к земле, но меж тем не казался неподъёмным. И шёл Даглас довольно бодро. Пытался. — Не поверят. Кстати, у тебя ноги заплетаются, как у пьяного… — Это тоже последствия. Когда нерв прихватывает, то я их чувствую не особо. Слушай, а у меня мысль! — Уже страшно. — Да нет! Если за домом следят, то два пьяных гвардейца — это понятно и безопасно! — А свинья? Два пьяных гвардейца и их свинья? — Ну… не свинья! Мы её переоденем! — Издеваешься. — Да нет же! Пойми, одно дело — если мы попытаемся пробраться в дом, скрываясь. Во-первых, мы не знаем, от кого скрываться и где затаилась разведка, какой у неё угол обзора, какие возможности. Вдруг следят с использованием артефактов, а у танерийцев их хватает. Во-вторых, человек, который прячется и крадётся к дому, априори привлекает внимание. А вот если мы пойдём прямо! Гордо! Можно сказать, нагло даже, как подобает пьяным гвардейцам… так вот, наблюдатель поймёт, что мы ни о чём не догадываемся! — А свинья? — С кем возвращаются пьяные гвардейцы в казарму? — С ощущением грядущего наказания. — Это не «кем», а «чем», — поправил Персиваль. — И ты зануда! И на будущее, просто для общего развития, а то оно у тебя какое-то одностороннее… — Тебе, как я посмотрю, стало лучше? — Немного. Так вот, нормальный гвардеец в минуты душевного подъема, которые с ним случаются, ищет вина и общества прекрасных дев, именно потому что одно с другим сочетается, как нельзя лучше. Так вот, если мы переоденем свинью в женское платье, сами напялим форму и подойдём к усадьбе… |