Книга Скитальцы, страница 129 – Марина и Сергей Дяченко

Руал поймал проглянувшее солнце на золотую грань медальона. Встряхнул Амулет на цепочке, как игрушку, предложил малышу:

— Смотри, какая цаца…

Ребенок удивился, широко раскрыл еще полные слез глаза, ударил кулачком по медальону, тот качнулся у Руала в руке.

— Давай! – подзадорил малыша Ильмарранен.

Мальчишка ухватил золотую пластинку двумя руками и радостно потянул ее в рот, едва не выхватив медальон у доброго дяди.

— Руал… – сказала Ящерица так тихо, что он скорее угадал свое имя, чем услышал его.

Он поднял ладонь. Ладонь вспомнила тяжесть маленького, юркого, солнцем нагретого зверька, щекочущее прикосновение изумрудной чешуи и крохотных коготков.

Прощай.

Он увидел, как ящерица соскользнула с его ладони и утонула в июльской траве.

Снова налетел осенний ветер, и женщина, стоящая перед ним, горестно опустила глаза.

Он смотрел вслед. Фигурки людей, уходивших прочь, становились все меньше и меньше, пока хилый лесок у подножия холма не поглотил их совсем.

Снова погрузилось в тучи спасенное им солнце.

Погасли блики на поверхности медальона, которому еще предстояло найти своего Прорицателя.

Дорога давно была пуста, но Руал смотрел и смотрел, и глаза его воспалились от ветра, который швырял к его ногам рыжие трупы зеленых листьев.

Потом поднял голову к бешено несущимся облакам.

Он стоял на холме посреди мира, обреченный на вечную горечь утраты и вечное счастье быть собой. Простивший. Прощенный. Человек под небом.

Бесконечная дорога лежала у его ног, но нельзя было понять – то ли он отправляется в путь, то ли наконец вернулся.

Откуда явился он и куда лежит его путь. Он бродит по миру, как бродят по небу созвездья. Он скитается по пыльным дорогам, и только тень его осмеливается идти следом.

Говорят, что он носит в себе силу… но не этого мира.

…даже маги избегают его, ибо он неподвластен им. Кто встанет на его пути по воле судеб или по недомыслию – проклянет день этой встречи…

…помыслы неведомы, избранных он умеет одарить. Дороги служат ему, как псы…

Горные вершины и камни далекого моря, холмы… и ущелья, нивы… его тайну от людей.

…лесов и предгорий, равнин и побережий, тропинки и тракты…

И говорят, что вечно он будет бродить и скитаться. Остерегись встречи с ним – на людной ярмарке…

…или в берлоге отшельника – ибо он всюду…

…И порог твоего дома не услышит ли однажды поступь Скитальца?

Стены тесной таверны уже сотрясались от гула пьяных голосов. После чинных взаимных тостов, после соленых шуточек, после веселой потасовки пришло время танцев на столе. Танцевали с парой служанок – те, раскрасневшиеся, трезвые по долгу службы, но совершенно одуревшие от блеска эполетов, от всех этих пуговиц, ножен, нашивок и страстных взглядов, из кожи лезли вон, лишь бы угодить господам гуардам.

Грохались на пол бокалы и кувшины; причудливо изгибались серебряные вилки, придавленные лихим каблуком. Веером, как колода карт в руках шулера, летали по воздуху широкие юбки; от счастливого визга звенело в ушах. Хозяйка таверны, мудрая тощая старуха, отсиживалась на кухне и лишь изредка высовывала нос из своего убежища – знала, плутовка, что беспокоиться нечего, что господа гуарды богаты и щедры, что убытки возместятся с лихвой, а популярность заведения лишь возрастет стократ…