Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 123 – Хюганацу

— Вот уж удумала… – пробормотал тот и в задумчивости провел пальцами по подбородку.

— Не буду называть имен, но бабуля подумывает избавиться от нее, так как срок давно вышел, – не меняясь в лице, пояснила Маомао.

— Так вот что тебе нужно, – чуть поморщившись, протянул ее соперник и хищно ухмыльнулся. – Если такова твоя воля, то мне ничего не остается, кроме как принять ее! На этом все?

Маомао пронзила его ледяным взглядом. Помолчав, она добавила:

— Нет, еще два условия.

— Пожалуйста, сколько угодно.

— Для начала…

С этими словами Маомао выставила на стол горлянку с вином, заранее заготовленным господином Гаошунем. Откупорив горлышко, она разлила по пяти чашам содержимое. Вино было крепко – это чувствовалось по едкому запаху. Затем Маомао вынула из рукава три бумажных свертка с таинственным порошком, распечатала их и всыпала поочередно в три чаши. Покончив с этим, она тщательно перемешала вино и быстро переставила чаши так, чтобы никто не мог сказать, в какую добавили порошок, а в какую нет.

— После каждой партии победитель выбирает чашу, из которой должен пить проигравший. До дна необязательно, можно только глоток.

Господина Дзинси охватило дурное предчувствие. Не вытерпев, он ступил вперед и встал сбоку от госпожи травницы. Глядя на ее лицо сверху вниз, он заподозрил, что на ее щеках выступил легкий румянец, а уголки губ дрогнули в едва сдерживаемой ухмылке. Он прекрасно знал, что таится за ней, а потому ему страстно захотелось спросить у своей служанки, что за порошок она всыпала в чаши, однако вмешиваться в дела госпожи травницы было не дозволено. И это злило господина Дзинси пуще бессилия.

— Что за порошок? – не преминул узнать господин Лакан.

— Если немного принять, то лекарство, – отвечала госпожа травница с ледяной улыбкой. – А если три раза кряду – сильнейший яд.

Господин Дзинси подивился тому, с каким спокойствием она это сообщила.

— И второе условие. Надеюсь, вы согласны, что тот, кто оставит игру по каким-либо причинам до того, как выяснится победитель, будет считаться проигравшим? – уточнила она, обхватывая пальцами с накрашенными ноготками чашу с мутноватым, что зелье, вином. Покачивая ее в руке, госпожа травница выставила в сторону изуродованный мизинчик. Господин Лакан глядел только на него – ничто больше его не занимало.

* * *

«Хочет заставить поволноваться?» – гадал господин Дзинси, размышляя над условиями госпожи травницы.

Он не верил, что кто-то из них осмелится выпить третью чашу, и пришел к мысли, что его служанка лишь думает пошатнуть решимость соперника.

Безусловно, против обычного человека такая уловка чрезвычайно действенна, однако господин Лакан далеко не так прост, как хотелось бы думать. Он военный советник, стратег и к тому же, как про него говорят, чудак. Господин Дзинси сомневался, что такие условия выбьют почву из-под его ног.

Игра началась. И госпожа травница ожидаемо проиграла советнику две партии кряду. Две! Господин Дзинси до последнего надеялся, что она сколько-нибудь разбирается в тонкостях игры, но оказалось, что его служанка только понимает правила, а по-настоящему еще не вступала бой. Впрочем, свой проигрыш она приняла достойно и спокойно осушила две чаши. Причем пила с таким удовольствием, что можно было подумать, будто не яд там, а нектар.