Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 51 – Хюганацу

Все у Ломэня хорошо, кроме одного: ему не везет. Что ни делай, не везет, и все тут! Мать покойного императора, иначе сказать, прошлая вдовствующая императрица, повелела сделать его евнухом лишь за то, что он учился в западных землях.

Господин Дзинси молча уставился на Маомао. Сперва она подумала, что опять неудачно ляпнула что-нибудь в духе шуток, расхожих между девушками для утех, но чуть погодя выяснилось, что тут она не угадала.

— То есть твой приемный отец – евнух? – пораженно переспросил господин Дзинси.

— Да. Разве я не говорила? – спокойно подтвердила она и почесала в затылке.

— Лекарь, евнух, придворный врач… – забубнил себе под нос ее собеседник.

За этим разговором они дошли до места. Маомао достала бумажку, где господин Гаошунь начертил ей путь к нужному павильону, – следовало свериться.

— Кажется, вам туда, – сказала Маомао и ткнула пальцем в сторону.

Там, неподалеку от места, где заканчивалась «улица цветов», стояло заведение, где на первом этаже располагалась харчевня, а на втором – питейная.

— Судя по всему… Но мы пришли раньше, – оглядываясь по сторонам, возразил господин Дзинси.

«Понятно теперь… – с холодной ясностью подумала Маомао. – То-то господин решил преобразиться до неузнаваемости и пройтись по рыночной площади…»

— Лучше прийти пораньше. Да и белила могут стереться раньше времени. Может быть, ваш знакомец уже на месте.

Господин Дзинси кивком согласился с ее доводами.

— Что ж, удачи, – попрощалась она.

— Бросаешь меня?

— Да. Не стоит вести меня в то заведение, иначе вы зря преображались, – сказав так, Маомао учтиво поклонилась и зашагала обратно к рынку.

Немного погодя, уже затерявшись в толпе, она обернулась и увидела, как господин Дзинси скрывается в дверях «закусочной».

«Выходит, даже евнухам нужно время от времени отдыхать, – подумала Маомао, скрестив руки на груди. – Впрочем, могли бы заглянуть и на „улицы цветов“, раз все равно пошли в заведение, где ищут яств и женщин. Надеюсь, вы обретете то удовольствие, что ищете».

Маомао проснулась под щебет воробьев. Едва она приподнялась спросонья и села на убогой циновке, как в нос ей ударил резкий травяной запах – готовили целебный отвар.

— Доброе утро, – донесся спокойный старческий голос – то был ее отец.

«Точно! Я же дома!» – вспомнила Маомао.

Она впервые навестила отца с тех пор, как поступила на службу во Внешний дворец.

Обычно личную прислугу не отпускают домой. И то, что хозяин отлучился или предался отдыху, не означает, что слугам тоже дозволено отдыхать. Уж куда бы легче пришлось, заведи господин Дзинси побольше прислуги, однако он не брал к себе кого попало, и подменить Маомао было некому.

«И как она справлялась со всем одна?..» – невольно поразилась Маомао, вспомнив пожилую госпожу Суйрэн.

Старшую прислужницу она боготворила. Не стоит забывать и то, что именно госпожа Суйрэн похлопотала за Маомао, чтобы ее отпустили домой погостить. Правда, работа все равно никуда не денется, и все последующие дни придется нагонять упущенное…

Встав с циновки, Маомао пересела на шаткий стул, и отец подал ей рисовую кашу, уложенную в старую чашку, треснутую по краям. Он сам ее приготовил. Взяв ложку, Маомао зачерпнула немножко и попробовала языком – соли оказалось маловато, зато отец добавил в кашу различные травы и пряности, отчего вкус ее сделался не в пример насыщенным. Маомао налила в чашу чуть-чуть уксуса, и рис стал чувствоваться совершенно иначе.