Книга Старуха, страница 132 – Анна и Валентина Верещагины

Сердце в груди Эрика дёрнулось, пропустило удар. «Волнуюсь». За него? Или… Нет. Не за него. За неё. За ту, чьи тайны носила в своём маленьком сердечке.

— Почему? — спросил он, и в его голосе появился опасный, стальной прищур. Он шагнул вперёд.

Сара, осознав, что зашла слишком далеко, резко развернулась, чтобы сбежать от ответа, но мужчина оказался быстрее. Крепкая рука железной хваткой сомкнулась вокруг её предплечья. От неожиданности и силы рывка девушка выронила поднос. Металл с оглушительным грохотом обрушился на каменный пол, звук ударился о стены, заставив обоих вздрогнуть.

Они замерли.

Слишком близко. Лицо Эрика было всего в паре дюймов от её испуганного лица. Он видел, как в глазах девчонки мелькнул чистый, животный страх — не за себя. За ту, чьи секреты она боялась выдать неловким словом или случайным вздохом. А он, уловив этот страх, почуяв неладное, не собирался отпускать.

— Сара Годвин… — Его взгляд впился в её юное лицо, выискивая, сканируя, требуя правды. — Ты намеренно испытываешь моё терпение?

И в этот момент щёлкнула та самая дверь, за которой скрылась императрица, а на пороге появилась Мария.

Её голубые глаза скользнули по растерянной, раскрасневшейся Саре, по могучей руке капитана, вцепившейся в её тонкое запястье, по валяющемуся на полу подносу. Картинка сложилась воедино — яркая, однозначная, не требующая толкований.

То, как он смотрит на блондинку. То, как она покраснела и закусила губу. То, насколько близко они стоят друг к другу. Эта атмосфера — интимная, напряжённая, пропитанная запретным…

Всё было именно так, как выглядело.

Внутри Марии вспыхнула ослепительная, удушающая волна ревности. Она ударила в голову, лишая рассудка, застилая глаза кровавой пеленой.

Годами она носила в себе свою тихую, безнадёжную любовь к этому человеку. Годами наблюдала за ним со стороны, довольствуясь жалкой ролью сестры его друга и почти невидимой фрейлины. Годами надеялась, что однажды он заметит. Оценит. Поймёт.

И теперь это.

— Эрик… То есть, капитан, — выдохнула Мария, и в её голосе послышались сдавленные, почти истерические нотки.

Но в этот момент Сара, воспользовавшись замешательством, вырвала руку. Эрик опешил от неожиданности, но быстро совладал с собой, выпрямился во весь рост, провожая взглядом её удаляющийся силуэт. Марию он даже не удостоил взглядом. Поджал губы, развернулся на каблуках и направился к выходу, чеканя шаг по каменным плитам.

Ситуация складывалась красноречивее любых слов.

Сара, не в силах вынести тягостного молчания и прожигающего взгляда Марии, пробормотала что-то невнятное, похожее на извинение, и попыталась выскользнуть из комнаты. Но Мария шагнула вперёд, ловко перегородив ей путь. И только когда шаги Эрика затихли за тяжёлыми дверями, она процедила сквозь зубы:

— Что между вами происходит?

Ревность клокотала в ней, отравляя разум, лишая привычной сдержанности. Ей не нравилось это. Не нравилось всё, что она только что увидела.

— Что? — Сара изобразила наигранное непонимание, опустив глаза, но Мария не церемонилась. Она схватила девушку за плечо, впиваясь ногтями в тонкую ткань платья.

— Ай!.. Мне больно...

— Отвечай, — процедила фрейлина сквозь зубы, испепеляя служанку взглядом, в котором смешались ярость и отчаяние.