Книга Изгнанная в стужу. Попаданка начнёт с нуля, страница 13 – Анна Кривенко

— Она изменила мне с конюхом! — буквально взревел толстяк.

— Где доказательства? Где решение суда, которое позволяет вам применять по отношению к вашей супруге какие-либо взыскания и наказания? — мгновенно парировал Геннадий Филимонович. — Более того, вы не имеете права лишить её чего-либо, кроме собственной фамилии. Поэтому в данном вопросе вы являетесь преступником, нарушившим закон, и я, как её представитель, сообщаю, что мы собираемся подать в суд на отчуждение части вашего имущества в пользу обиженной Екатерины Павловны.

— Что?!

Трофима Петровича аж затрясло.

— Да я сейчас удавлю вас обоих собственными руками! — заорал он, на удивление резво для своего веса выскочил из-за стола и буквально кинулся на Геннадия Филимоновича.

Я закричала от ужаса. Бедный законник едва успел отскочить в сторону, а грозный толстяк влетел в его кресло и на мгновение замер, застряв в нём, как в ловушке.

— Немедленно успокойтесь! — вскричал Геннадий Филимонович. — Иначе я напишу заявление, обвиняя вас в попытке убийства, что непременно приведёт вас в темницу! Будьте уверены, от настоящего срока вы не отвертитесь!!!

Трофим Петрович продолжал рычать, безуспешно пытаясь подняться. Он размахивал руками, но тяжёлый живот тянул его вниз, не позволяя встать. Я смотрела на него в ужасе, осознавая, что он в данном случае олицетворяет множество пороков.

Нет, дело было вовсе не в его весе. Я знала немало добродушных, хороших и замечательных толстяков. А этот человек был не только крайне злонравен, но и совершенно лишён контроля над собственной жизнью. Довести так своё тело и при этом поддаваться столь диким эмоциям — да какое сердце такое выдержит?

Наконец Трофим Петрович поднялся и медленно развернулся к нам. Он был красным, буквально багровым, как помидор, тяжело со свистом дышал и разглядывал нас помутневшим взглядом.

— Убирайтесь немедленно! — наконец процедил он. — И не вздумайте возвратиться, иначе поплатитесь жизнью. Я вам это обещаю!

— Что ж, — возмущённо вздёрнул подбородок законник, — тогда ждите приглашения в суд. Пойдёмте, барышня!

Геннадий Филимонович развернулся и поспешил к выходу. Я не стала стоять столбом и бросилась вслед за ним. Мы очень быстро покинули дом.

Прокатившись на двуколке обратно в столицу, мы высадились у дома Геннадия Филимоновича. Всю дорогу он молчал и выглядел хмурым и раздражённым, а уже у калитки повернулся ко мне и сказал:

— Барышня, снова предупреждал вас, что дело будет сложным. Как видите, ваш супруг не готов идти навстречу. Значит, мы будем обращаться в суд. Однако суд — дело непростое, он может длиться не одну неделю.

— Я должна добиться справедливости, — произнесла я твёрдо. — Должна!

— У вас есть деньги? — уточнил он.

Мне пришлось признать, что нет, ничего нет.

Законник тяжело выдохнул.

— Что ж, поступим так. Я могу заплатить за вас, но мы должны составить расписку, что в случае поражения в суде вам придётся отработать вложенные деньги собственным трудом. Найму вас секретарём или гувернанткой. Согласны?

Это было очень щедрое предложение, особенно учитывая обстоятельства, поэтому я согласилась.

— Хорошо. Я согласна. Но много ли у нас шансов выиграть этот суд?

— Немного, — честно сказал законник. — Но я, со своей стороны, постараюсь изо всех сил.